cw. дорога домой

Объявление

Добро пожаловать, путник!
Именно здесь коты-воители нашли дом, который всем был так нужен. Эта ролевая - одно из немногих мест, сохранивших дух книжных котов-воителей, и именно здесь вы сможете отдохнуть душой, оказаться в шкуре любимого персонажа и жить так, как того просит сердце.
Надеемся, ваша дорога домой не была долгой.
Почётный игрок
КЛЕНОВЫЙ
тонкий расчет
СЕРЕБРО ЗВЁЗД
на вершине Олимпа
ОЦЕЛОТКА
запоминающийся дебют
В игре
Новости
Ссылки
Реклама
погода
» сезон зеленых листьев

» +24, пасмурно, душно
В игре
Кашель отступил, но в лес нагрянули новые напасти.

В Сумрачном племени котята становятся оруженосцами, а Ольхогрив берёт себе новую ученицу, Ивушку. Однако не всё так безоблачно - на территории племени Двуногие начали расставлять капканы, от которых уже пострадали несколько котов. Тем временем внутри племени далеко не все коты довольны правлением Когтезвёзда - не является ли это предвестием скорой бури? Просто ли жара донимает земли племени, или это знак Звёздных предков о том, что что-то неладно?

Речное племя, наконец, смогло вернуться в свой лагерь, для этого даже не пришлось сражаться, но всё ли так просто? Едва отбившись от двуногих, разогнавших банду, Серебро Звёзд должен решить множество проблем, и первая из них - как смогут ужиться речные коты с теми, кто против своей воли оказался в лапах изгнанников? Все речные котята выросли вдали от родного племени - смогут ли они стать достойными речными воителями? И теперь, когда Клоповник покинул племя, ситуация стала ещё тяжелее.

Племя Ветра решает исследовать найденные туннели, но это оборачивается гибелью нескольких воителей. Кто-то смог спастись, но ходы вывели уцелевших на земли соседей, чему вовсе не обрадовались Грозовые коты. Не станет ли это причиной нового конфликта? Тем временем Ветрогон посвящает в ученицы целителя бывшую одиночку, Мегеру, но что будет с племенем, где ни целитель, ни его ученица не разговаривают с предками?

Грозовое племя наслаждается тем, что в их лагере наконец-то стало просторно, но все ли проблемы решены? Что делают на их территории коты из племени Ветра? Не станут ли туннели слабым местом в обороне Грозовых котов? Наконец, и самое мирное время не обходится без смертей - и одна из королев умирает, дав жизнь долгожданным котятам, однако и это не единственная смерть в племени.

Небесное племя отныне не так уж дружелюбно к одиночкам и прогоняет тех, кто пришёл присоединиться к нему. Но у Звездошейки есть и другие заботы - множество посвящений, защита племенных границ и в особенности - тех, что появились недавно благодаря захвату нейтральных территорий. Племя растёт и крепнет, но долго ли продлится такая стабильность, надолго ли хватит сил у самого молодого племени леса - особенно с учётом новой пропажи воителя?

Банда распалась благодаря Двуногим, совершившим нападение на лагерь. Часть её членов была захвачена, кто-то погиб... Некоторые смогли освободиться из плена, но теперь их судьба - в лапах Серебра Звёзд и бывших соплеменников, которые отнюдь не намерены прощать.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » нейтральные леса » холмы


холмы

Сообщений 21 страница 25 из 25

1

http://sa.uploads.ru/fp02z.png


Величественные и почти бескрайние. Удивительно, как эти земли еще не облюбовали воители племени Ветра – здесь живет большое множество степных птиц, полевок и кроликов, а изредка пасутся настоящие чудовища, с копытами, гривами и клочковатой шерстью. Словом, удивительное, бескрайнее место.


0

21

Он встретил слова Подлёдной понимающим вздохом. Слепозмейке самому до жути хотелось уснуть и не просыпаться ещё пару дней. Но на него взвален слишком большой груз ответственности, чтобы смыкать глаза надолго. Раз за разом он продолжал говорить себе "потом поспишь подольше, в следующий раз", и ограничивался коротким сном. Но и в следующий раз ему не удавалось поспать до полудня. При этом, бодрствование до полуночи уже давно стало для него чем-то вполне нормальным.
И, всё же, даже очень сонный кот вряд ли смог бы уснуть в ледяной воде, это Слепозмейка понимал. Ему на миг стало смешно от мысли, что они с Подлёдной могли бы выбираться на эти просторные земли, чтобы свить соломенное гнёздышко и высыпаться там после тренировок со своими наставниками. Но он тут же мотнул головой, напоминая себе, что у них обоих слишком много обязанностей, чтобы надолго пропадать здесь.
Во время Совета Слепозмейка слишком много времени уделил собранию целителей, поэтому основную суть произошедшего помнил плохо. Он запомнил новых предводителей и глашатаев, и даже краем глаза слышал чужую перебранку. Конечно, он удивился, когда узнал, что Подлёдная замешана в сварах властных котов чужих племён.
- Не каждый оруженосец решился бы на такое, - присвистнув, уважительно протянул он. - Но, была бы моя воля, я бы тоже взглянул на глашатаев и предводителей поближе. Даже если бы они стали ругаться на меня. Наш прошлый глашатай, Дымохвост... - Слепозмейка болезненно прищурился и выдохнул. - Ты знаешь, что он погиб от той болезни, что убила котов в разных племенах. Дымохвост не жаловался, не приходил к нам с Чащобником. Просто однажды... товарищи по палатке выволокли на поляну его тело. Он не проснулся. Представляешь, как мы с Чащобником себя чувствовали? Это самое ужасное - беспомощно наблюдать за тем, как умирают твои соплеменники. После этого жутко хочется сходить на охоту или в патруль, чтобы хоть как-то оправдать своё идиотское существование, - он невольно оскалился, вспоминая болезненный момент прошлого и нахмурил брови. - Когда нет толку ни от твоих трав, ни от твоих когтей - это самое отвратительное состояние. Представляю, каково сейчас Ореховнику - его наставница в Звёздном племени, а он один, необученный, и от него зависит судьба соплеменников.
Слепозмейка покачал головой. Быть может, в племени Ореховника и не было таких жутких ситуаций, как в его собственном. И всё же, он понимал, что если останется без Чащобника, Небесное племя обречено довольствоваться некомпетентным учеником вместо настоящего целителя. Который ещё и в панику станет впадать при виде больных.
У них с Подлёдной и впрямь было много общего. Она, как и Слепозмейка, не успела познакомиться с другими оруженосцами, но встретила своего собственного героя - глашатая из чужого племени. Удивительно, но и Слепозмейка мог похвастаться подобным знакомством.
- Я тебя понимаю, - улыбнулся он. - Я встретил целителя, познакомиться с которым мечтал с самого детства. Его зовут Ветрогон, он тоже из племени Ветра. Такой большой рыжий котище с покалеченной ногой. Он ведь тоже был глашатаем, много лун тому назад. Но из-за своей раны не смог служить племени как глашатай. Ветрогон мог сдаться и присоединиться к старейшинам, но он решил стать целителем! Всем бы такую силу воли, чтобы потеряв своё призвание, не опускать лапы, а изучать что-то новое. Я хочу стать таким же волевым и выносливым, как он.
Для Слепозмейки образ Ветрогона многое значил. Ветрогон мог быть сильным и мужественным, как Чащобник, но при этом, в отличие от Чащобника, мог вести себя как мягкий и добрый кот. И, хоть Слепозмейка любил своего наставника, в некоторых вещах он предпочитал брать пример с Ветрогона.
А вот тема котят для Слепозмейки была менее счастливой, чем тема восхищения Ветрогоном, поэтому он как-то сразу поник. Подлёдная говорила так, будто в её племени котята рождались сразу же статными шелкогривыми воинами по пять килограмм каждый, в битву рвались, в предводители просились.
- Это не так, - еле слышно возразил целитель, опуская взгляд на свои когти, местами обломанные о землю, в которую он закапывал мертвых детенышей. - Достаточно один раз недосмотреть, и они могут умереть. Или заболеть Зеленым кашлем. Если бы я был серьёзно уверен в том, что они выживут, мне не понадобились бы эти травы.
Но и Подлёдную, по всей видимости, задевали его предположения. Она резковато отстранилась от него, попросив больше не трогать её тайны. Слепозмейка вздохнул. У этого поколения оруженосцев слишком много тяжкого на душе.
- Хорошо, - тихонько согласился он не лезть в её дела. - Я помогу только с ранами. Закон не запрещает целителям помогать другим котам. Тем более, я делаю это не в ущерб своему племени, у нас сейчас нет раненых. Да и, как ты помнишь, один из пунктов Закона гласит, что племена должны помогать друг другу в трудных ситуациях, - он неуверенно улыбнулся, пытаясь немного поднять Подлёдной настроение своей неуклюжей шуткой. Может, по сравнению с племенными масштабами их ситуация смотрелась, мягко говоря, нелепой и несерьёзной. Но, кто знает, быть может, когда-нибудь Подлёдная станет предводительницей Сумрачного племени, а Слепозмейка - целителем Небесного? Небесному племени и так предписывают плохую репутацию после того, как они выгрызли себе кусок лесных территорий, да ещё и устроили войну с Грозовым племенем. Но ведь и Сумрачное племя - своеобразные аутсайдеры, которых считают априори злыми и неотесанными? Вдруг именно Сумрачному племени удастся понять Небесное и наоборот? Слепозмейка всегда мечтал познакомиться с ночными воителями, когда ему ещё представится такой шанс? Но помочь Подлёдной он хотел искренне, вовсе не ради какого-то туманного знакомства с Сумрачным племенем. Будь она одиночкой, он повёл бы себя не менее дружелюбно.
К счастью, Подлёдную ждали дома, и Слепозмейка почувствовал, как у него камень с души свалился. Значит, её не изгнали, и она правда ввязалась в какую-то переделку. "Я не должен лезть и пытаться помочь ей. Это не моё дело. Она сама будет не рада, что какой-то чужак лезет ей помогать", - упорно отговаривал себя серый кот, стараясь не смотреть на тревожную мордочку задумавшейся Подлёдной.
Вместо этого он подошёл к кошке вплотную и принюхался к её мокрой шерсти, чтобы вычислить по запаху самые болезненные и кровоточащие царапины.
"Зря ты выкупалась в воде, Подлёдная", - подумал Слепозмейка, осторожно касаясь языком её шерсти. "Придётся мне тебя вылизать. Холодная вода, грязь и раны - не самое лучшее сочетание".
Достаточно сильными движениями Слепозмейка прилизал шерсть на плечах и боках Подлёдной, словно пытался согреть котёнка. Шерсть стала немного суше, а ученик целителя неожиданно для себя обнаружил, что облизывать Подлёдную гораздо приятнее, чем небесных учеников, извалявшихся в непонятной грязи и нечаянно исцарапавших друг друга во время тренировки.
Шерсть пушилась и лезла в нос, но Слепозмейка сжал всю свою силу воли в когтистый кулачок, чтобы не чихнуть. Он промыл царапины кошки, в очередной раз подивившись тому, что сильные когти, нанесшие эти раны, жестоко играли с ней, а не стремились убить. "Да, как кошка с мышкой", - вновь подумал он. "Кошка не наносит смертельный удар, чтобы мышка подольше смешно бегала перед ней".
- Мой наставник знает, что я могу исчезнуть надолго, но доверяет мне, поэтому отпускает без воинов. Я думаю, он верит в то, что я буду благоразумен. И... наверное, ему просто не хочется, чтобы воины вместо работы глупо слонялись за оруженосцем по лесу. А я не то, чтобы смелый. Просто мне страшнее наблюдать за смертью, чем ходить к гнёздам двуногих. Знаешь, однажды двуногие облили меня какой-то грязью, - он неуверенно улыбнулся. - Я потом пол дня отмывался. Но вообще-то, это было заслуженно. Я забрался в сад, чтобы нарвать немного мяты. И, удивительно, вместе со мной поохотиться на травы пришёл ученик целителя Речного племени. Его зовут Клоп. Он принял меня за бродягу, а я его. Мы с ним не поделили мятный куст и подрались, как настоящие бродяги. А двуногие услышали нашу ругань и вылили на нас грязную воду, чтобы неповадно было кричать в их саду. Думаю, они поступили вполне справедливо. Мы с Клопом намертво вцепились в этот куст.
Он тихо засмеялся, вспоминая эту неожиданную встречу двух маленьких глупых учеников. - Певчая? - неожиданно переспросил Слепозмейка, зацепившись за малознакомое имя. Он где-то слышал его, но никогда не встречал этой кошки. - Точно, Ольхогрив говорил о ней. Странно, что её не было на Совете.
Он подумал о ромашках, которые ему ещё предстоит найти. Ромашек пока не было видно, зато то тут, то там покачивались белые соцветия тысячелистника, так любящего прорастать на открытых полях.
Слепозмейка сорвал несколько стеблей.
- Я не буду накладывать серьёзные повязки, чтобы не бросалось в глаза. Если Ольхогрив увидит на тебе чужие повязки... - он нервно улыбнулся. - На днях должна случиться ночь половины луны, поэтому, лучше бы ему не знать, что я тебя лечил. Но он-то ладно, а вот если Чащобник узнает... - взгляд Слепозмейки потемнел от ужаса. - Лучше не видеть моего наставника в ярости. Я натру царапины мазью, чтобы они не воспалились. Щипать не будет, но всё равно потерпи, я буду делать это довольно жестко, чтобы лекарство точно подействовало.
Он привычно разжевал тысячелистник, стараясь не обращать внимания на горьковатый вкус, и занялся царапинами Подлёдной. На всякий случай одну лапу ученик положил на спину кошки, чтобы остановить, если она дёрнется. Когда с обработкой было закончено, Слепозмейка наконец-то разогнулся и с облегчением вздохнул.
- Если не будешь пачкать царапины, они быстро заживут. И постарайся есть побольше дичи, чтобы восполнить силы после такой кровопотери.
Слепозмейка взял в пасть пучок собранных трав и вместе с Подлёдной отправился на поиски ромашек. Если кошечка и могла ему чем-то помочь, так это своим зорким взглядом. Возможно, Слепозмейка уже пропустил ромашки, приняв их издалека за тысячелистник?
Ученика терзало невысказанное. Он не удержался.
- Подлёдная, я знаю, что это не моё дело. Но если тебе сложно... хм, в общем, ты могла бы сказать, что подралась с одиночкой, перешедшим границы твоего племени. Двуногие недавно завели ручного рыжего котёнка примерно нашего возраста. Он любит сидеть на заборе, так что там до сих пор торчит пара клоков его шерсти. Ты могла бы взять один и принести в доказательство... ладно, я правда лезу не в своё дело. Ты можешь считать, что я этого не говорил. Третье гнездо по счёту от границ.
Он перегнал Подлёдную, чтобы не смотреть ей в глаза и не слышать отговорок в стиле "мы из разных племён". Когда-нибудь Слепозмейка пострадает из-за своей доброты. Но до этого момента будет лезть  в чужие дела, как бы строго ни запрещал себе это делать.

+5

22

Подлёдная скромно потупилась, скрывая то ли смущение от признания совершённого проступка, то ли удовольствие от восхищённо-уважительного присвиста Слепозмейки. «Хотя, пожалуй, теперь у меня тоже появляются события, которые могут одновременно быть и интересной историей для друзей, и возможностью для других пристыдить меня», – ученица постаралась сосредоточиться на приятной стороне воспоминания, игнорируя холодные взгляды Стрелолиста и Настурции, оставшиеся в памяти, и, конечно, Щегла с Когтезвёздом. Однажды она завоюет его доверие. Однажды на Совете она окажется без его бдительной слежки.
- Ты же сидишь рядом, - легонько поддела Подлёдная Слепозмейку, - вам, целителям, проще всех поближе разглядеть глашатаев и предводителей, - «Дымохвост. Хм, кажется, я слышала о нём, когда была ещё в яслях. Это его сменил Кленовый?»
Несмотря на то что Подлёдная относительно прилежно вела себя на прошедшем Совете и внимательно выслушивала речи каждого предводителя, включая Когтезвёзда, ей требовалось некоторое время, чтобы сообразить, о ком конкретно говорит ученик целителя. Чащобник – это, конечно, целитель Небесного племени и, соответственно, наставник Слепозмейки. А Ореховник – это тот черно-белый кот, про которого говорил Грозозвёзд. Точно-точно, он же тогда ещё рассказал про принятую одиночку. «Ох уж это Грозовое племя!»
Про Ветрогона Подлёдная тоже слышала много разных историй. Конечно, про Ветреных котов в племени Теней не слагают легенды, но жадная до различных крошек новостей, обронённых воителями, о её втором племени, Подлёдная довольно часто слышала имя этого кота. Слепозмейка повторил его историю, словно посвящая в касту учеников целителей, знающих всё обо всех из всех племён, и светлая восхищённо представила себе огромного рыжего кота с искалеченной лапой. В её представлении он походил на Штормогрива. Все рыжие герои теперь походили на Штормогрива.
- Уверена, ты станешь прекрасным целителем и слава о тебе будет греметь во всех племенах, - совершенно искренне высказалась Подлёдная, глядя на Слепозмейку. Ей всё больше и больше нравился этот серый котик, так неожиданно встреченный ею на нейтральных землях. «Интересные знакомства, оказывается, могут быть не только на Острове Советов, - подумалось ей, - но это, конечно, не повод постоянно нарушать границы племени Теней и Воинский Закон. Один раз – по ошибке – можно. Надеюсь, Звёздное племя тоже это понимает и принимает во внимание».
Подлёдная нахмурилась, дальше слушая серого кота, и оскалилась вместе с ним, прекрасно понимая его боль. Бездействие действительно раздирает тебя на части, жжёт изнутри, заставляет мучиться от непереносимой и неразделимой боли, потому что ты всегда мог сделать больше, лучше, быстрее. Всегда мог быть предусмотрительнее. «Как же хочется вернуться назад и помочь ему… Я понимаю тебя, Слепозмейка. Понимаю, как тяжело смириться с тем, что ты ничего не можешь изменить, ничего не можешь вернуть, не можешь предугадать. Если бы я сейчас повернула время вспять, я бы повисла на отцовском хвосте, не пуская его из детской наружу, на Совет, после которого он не вернулся…»
Хотя, наверное, Слепозмейке с Чащобником было всё же тяжелее: они ведь целители, они призваны спасать жизни своих соплеменников. А она была котёнком, мечтавшим вырасти в сильную и статную воительницу, лучшую воительницу Леса.
«И всё же это была моя ошибка. Если бы я не рассказала Тёрну, что услышала от Когтезвёзда, возможно, он был бы до сих пор жив. Был бы с нами, - она с трудом сглотнула как будто бы камень, вдруг вставший поперёк горла. – Да и я могла сделать хоть что-то. Я же уговорила Шрамовника отправиться со мной искать отца тогда, ночью, в дождь. Слепозмейка просто не имел такой возможности».
Ученице хотелось сказать что-нибудь, успокоить серого котика, который делился с ней душевной болью, но она не могла подобрать нужные слова. Видимо, Подлёдная совсем не умела приободрять, судя по реакции Слепозмейки. Он снова с грустью принялся рассматривать свои лапы, выискивая в них скрытую правду, и светлая пообещала себе, что сегодня обязательно поговорит с Певчей. Что если она тоже сейчас не уверена в себе и переживает после родов Мглуши? А как же её котята, вдруг они тоже могут заразиться Зелёным Кашлем и умереть?
«Нет-нет-нет, этого нельзя допустить. Если я не накормлю сегодня Мглушу, у неё не будет молока, и котята ослабеют. И заболеют, и умрут! Мне срочно надо охотиться. Верно. По пути домой я поохочусь. Надеюсь, Звёздное племя будет благосклонно ко мне и пошлёт добычу в мои лапы».
- Прости, я просто совсем не знаю, о чём говорю, но мне хотелось помочь тебе, - мягко мяукнула светлая, извиняясь за то, что неуклюже лезет не в своё дело, - ты обязательно поможешь этим котятам, с травами или без. Однажды они даже станут твоими учениками, - «ох, а ведь один из Мглушиных котят может стать моим учеником!» - пришла неожиданная мысль ей в голову. – Точнее.. ох, я, честно, не хочу тебя обидеть, я не имела в виду, что произойдёт что-то плохое с Чащобником и тебе придётся брать ученика, я в смысле, - Подлёдная запнулась, чувствуя, что её хорошо заготовленную в голове речь начинает уводить в ненужную сторону, - я просто хочу сказать, что ты сможешь помочь этим котятам, и они всегда будут это помнить и ценить. Я уверена, - Подлёдная примирительно коснулась лапой серой лапы Слепозмейки, словно стараясь передать ему частичку своей откуда-то из ниоткуда взявшейся уверенности. Просто так хотелось приободрить его и увидеть снова такую тёплую и мягкую улыбку, от которой становилось легко на душе.
«А он – единственный кот за сегодня, который сумел вернуть мне солнце. Как будто это Штормогрив передо мной», - размечталась Подлёдная и тут же одёрнула себя. Что-то слишком быстро рыжий глашатай занял важное, центральное, место в её голове, теперь уже совершенно бесцеремонно влезая даже в отношения с малознакомыми её учениками целителя.
Слепозмейка быстро раскусил, как успокоить Подлёдную и предложить свою помощь ей. Успокоенная тем, что не нарушает ещё с десяток правил Воинского закона и закона целителей, светлая позволила себе расслабиться и кивнуть, соглашаясь со словами ученика целителя.
- Конечно, не думаю, что это можно счесть трудной ситуацией, да и новое правило звучит вроде как все племена должны объединиться перед лицом опасности, - Подлёдная старательно сделала вид, что вовсе не помешана на правилах воинской жизни, - но, в общем и целом, ты верно вспомнил. Хотя Воинский Закон не действует на вас, целителей. Это, знаешь ли, очень интересно, - Слепозмейка придвинулся ближе, и Подлёдная всё же настороженно следила за его движениями. Она отметила, как задёргался его нос, когда серый котик принюхался к её шерсти, хотя и сама ученица сейчас делала то же самое – внимательно впитывала запах Небесного кота. Его шерсть не была мокрой и отчётливо несла на себе запах трав (знакомый ей по запаху целительской, Ольхогрива, Певчей), какой-то горьковатой нотки (наверное, жилищ Двуногих, где Слепозмейка искал травы) и его особенным запахом, доставшимся ему с рождения. Теперь Подлёдная всегда сможет отличить его от прочих Небесных котов.
«А ведь Когтезвёзд говорил мне, что однажды я научусь различать каждого кота из соседских племён по запаху», - припомнила светлая.
Слепозмейка вдруг осторожно лизнул её плечо. Ученица непроизвольно дёрнулась, напуганная таким вниманием со стороны целителя, но потом расслабилась и даже стала наслаждаться сильными и умелыми движениями языка целителя. Она даже согрелась от таких растираний и стала потихоньку урчать, чувствуя себя на вершине блаженства. И даже плечам и бокам стало как-то легче, хотя Слепозмейка даже ещё не подлатал её царапины.
- Знаешь, я ведь хотела помыться, чтобы убрать грязь и кровь с ран, - глухо проурчала Подлёдная, - то есть, я действительно хотела пить, но ещё и пришла сюда, чтобы вымыть шерсть. Просто решила, что путь к границе гораздо короче, чем до берега озера, а в итоге свернула с прямой тропы, как только учуяла Зверя и… - она осеклась, вовремя вытаскивая свой разум из размягчённого состояния. – Не получилось. Просто, ээ… спасибо тебе за заботу, правда, но я могла просто смыть всё это в ручье. Разве тебе приятна на вкус чужая кровь? – Подлёдная снова осеклась, чувствуя, как глупо звучат её вопросы. Она так хотела поблагодарить Слепозмейку, который сделал всё сам, не загоняя её ни на какие подстилки, травы и ледяные воды, но получалось так, как будто она его в это же самом и обвиняла.
- Нет, правда, спасибо, - со всей возможной теплотой поблагодарила его светлая, - просто я хочу сказать, что сама не смогла бы это сделать. Когда я лизнула лапу, смывая капли крови, меня чуть не вывернуло шкурой внутрь, - шёпотом, стыдливо призналась Подлёдная, - я бы не смогла сделать так, как ты – вылизать кошку, которую видишь первый раз в жизни, попробовав на вкус её кровь.
Слепозмейка же, видимо, в целях успокоить свою растревоженную пациентку, принялся рассказывать о Чащобнике, о его доверии к нему, о Двуногих и ученике целителя Речного племени по имени Клоп. Подлёдная чувствовала себя неуютно: она, конечно, была дружна с Певчей, но ещё никогда настолько глубоко не погружалась в среду целителей. Казалось, что их и воителей разделяет огромная пропасть, которую никогда не суждено перепрыгнуть даже самому прыгучему воителю Небесного племени.
Впрочем, история с Клопом легко представилась в голове, и Подлёдная улыбнулась.
- Кажется, Двуногие вас победили и оставили куст себе, - хихикнула светлая, поддевая Слепозмейку, - тогда вам надо совершить на него ещё один набег. Только не забудьте поделить его до того, как заберётесь в сад, в котором можно искупаться в грязной воде Двуногих, - Подлёдная игриво сморщила нос и переключилась на подругу, - Певчая осталась в лагере, приглядывать за котятами Мглуши. Они родились прямо накануне Совета, а Ольхогриву обязательно надо было на нём присутствовать. Но, я думаю, вы встретитесь с ней в ночь Половинки Луны. Я попрошу её передать тебе привет от меня, так и знай, - заранее испортила сюрприз ученица. Впрочем, о таком, судя по всему, предупредить стоило, дабы не злить Чащобника.
Слепозмейка куда-то ушёл ненадолго, и Подлёдная осталась на мгновение со своими мыслями. Они, забитые в дальний угол разума обилием словесной речи, тут же снова заняли своё законное пространство, и вот уже ученица с ужасом анализировала всё то, что успела наболтать. «Слепозмейка умный, он поймёт, что меня ранили до того, как я учуяла запах рыси! Ох, и кто только тянул меня за язык. Но врать, оказывается, так сложно. А мне придётся рассказать ещё эту историю маме с Позёмкой, или… Поберечься? Прийти под ночь, угостить Мглушу вкуснейшими лягушками с болот племени Теней и отправиться в палатку, в своё гнёздышко?»
Тут ученик целителя вернулся с какими-то стеблями, и светлая принюхалась, пытаясь запомнить цвет, форму  запах стеблей. Что-то изнутри подсказывало ей, что эти знания в ближайшем будущем ох как ей пригодятся.
Однако Слепозмейка не стал озвучивать, что он принёс, зато рассказал про Чащобника. Его мутные голубые глаза заволокло туманом, словно он боялся наставника, и Подлёдная почувствовала, как сжалось её сердце. «Бедный Слепозмейка, он от всего сердца предложил мне помощь, а я согласилась и подставила его». Ученица на собственному шкуре знала, что за ошибки надо платить.
«И за эту ошибку я тоже заплачу».
- Тогда не буду просить Певчую ни о чём. Не хочу, чтобы из-за меня у тебя были неприятности, - твёрдо пообещала ученица и кивнула, готовая к процедуре непосредственного лечения. Она уже спокойно отнеслась к тому, что Слепозмейка положил ей лапу на спину, и дёрнулась сперва, когда непривычно защипало на плечах. Её, конечно, предупредили, но когда предупреждение могло спасти?.. Тем более что после начало неприятно жечь, особенно на местах глубоких царапин в области плеч, и Подлёдная с трудом заставляла себя стоять на месте спокойно. Стоило лишь Слепозмейке её отпустить и распрямиться, как светлая нервно лизнула себя в грудку, в последний момент изменив своё желание вылизать плечо, избавляясь от жгущей её смеси трав.
- Постараюсь больше не валяться в грязи, - пообещала Подлёдная ученику целителя и себе за одним. «А вот с едой вряд ли получится так легко, Слепозмейка. Если только ты скажешь моему наставнику, что мне это жизненно необходимо, а это пока не так, я думаю».
Небесный котик подобрал свои травы и сказал, что ему не хватает ромашки. Светлая Подлёдная удивленно взглянула на него, но без слов встала с места и потрусила рядом с котом, который спас её и подлечил, внимательно оглядывая холмы. Ручей и земли племени Теней оставались за спиной, всё дальше и дальше, и Подлёдная чувствовала себя крайне непривычно. Как будто она покидает родной дом. У неё натурально зачесались раны от желания спросить у Слепозмейки кое о чём.
Однако он её опередил.
«Как же отвратительно врать», - в ужасе с себя была Подлёдная, глядя в спину ученика целителя, который определённо не хотел видеть её реакцию. И спасибо ему за это – светлая могла в полном спокойствии с отчаянием выпускать и прятать когти, не в силах подобрать подходящий ответ новому… другу.
«Он же действительно пытается помочь мне. Понял уже, что это был не Зверь, не рысь, и всё же пытается. Эх, Слепозмейка, мы же из разных племён и ты не знаешь, кто такой Когтезвёзд и какие оговорки лучше подойдут для Сумрачных котов. Если я скажу, что встретилась с рысью, ко мне не будет никаких вопросов».
- Спасибо, - Подлёдная, выдохнув, нагнала ученика целителя, - что не держишь на меня зла, - она вдруг мягко коснулась боком его бока и пошла рядом, внимательно оглядывая холмы. Земли племени Теней теперь были ещё дальше за её спиной.
- Ой, смотри! – звонко мяукнула ученица, неожиданно заметив знакомые белые с жёлтым головки. Их было немного, но при такой погоде они казались островком света, приковывающим к себе внимание любого, кто не был слеп. – Это же ромашки! А я думала, мы их и вовсе не найдём, - она счастливо улыбнулась и подошла к этому невероятному месту, пригревшему на себе кусочек сезона Зелёных Листьев. – Стебли перекусывать или их надо вырыть с корнями?

+5

23

Подлёдная подметила, что уж он-то мог бы разглядеть предводителей и глашатаев получше, учитывая близость собрания целителей к месту глашатаев и предводителей.
Слепозмейка попытался более ясно вспомнить, как всё было.
- Я видел Грозозвёзда, когда мой наставник общался с ним, - подумав, сказал он. - А вот потом началось наше собственное собрание целителей. Отвлекаться было нельзя, пропустишь что-то - навлечешь беду на своё или чужое племя. Да и Чащобник, стоило мне отвлечься на что-то, недобро на меня поглядывал, - Слепозмейка вспомнил, как буравил взглядом Клопа, и наставник сразу же всё понял и жутко разозлился на него.
"К радости или к печали, но после Совета у него не появилось времени отругать меня за неподобающее поведение", - снова вспомнились роды Звездошейки, и молодой целитель болезненно нахмурился, стараясь не представлять своих умерших пациентов. К сожалению, управлять своими мыслями бывает довольно трудно.
А Подлёдная, несмотря на его огрехи, о которых она не знала, ещё и отнеслась к нему по-доброму. От её слов о том, что он может стать великим, Слепозмейке почему-то стало стыдно.
- Сначала научиться бы, как лечить соплеменников так, чтобы их не угробить, а потом уже можно стремиться стать великим целителем, - грустно улыбнулся он, вновь задумываясь о своём. - Иногда мне кажется, что как от воина от меня было бы побольше толку.
"Тебе почти всегда так кажется", - напомнил Слепозмейка самому себе. "Но ты всё равно никому не отдашь это место, чтобы никто не стал таким одиноким, как Чащобник. По крайней мере, у тебя есть мать с отцом, Перохвостая, Тишь, Пухолап с Хладнолапкой. А у него нет никого. Если к нему придет такой же угрюмый и одинокий, Чащобник точно превратит его в свою копию".
Слепозмейка ожидал, что Подлёдная вытерпит его манипуляции спокойно, как другие соплеменники, но когда она заурчала, этот звук едва не оглушил его. Серый кот напрягся, но заставил себя продолжить вылизывать шерсть светлой кошки, как ни в чём ни бывало. "Кажется, я что-то делаю не так", - подумал он, стараясь вспомнить, как правильно прилизывать шерсть. "Или я просто мышеголовый идиот".
Подлёдная, упомянув котят, сказала, что они могут стать его учениками, и у Слепозмейки по позвоночнику пробежались мурашки. Сумрачная кошка тут же поправилась, почувствовав, что сказала не совсем оптимистичную фразу, но юный целитель и не винил её: она просто не знала, что это такое - быть целителем. Ведь для воинов это прекрасное пожелание - поскорее стать великим, обучить как можно больше оруженосцев. Всё это в итоге складывает образ уважаемого воина. А вот чем больше учеников обучит целитель... тем менее надежным целителем он покажется. Наверное. Слепозмейка не мог знать до конца, честь это для целителя - получить ученика, или наоборот - проклятие, осознание собственной слабости и надобности поддержки. Слепозмейка не был уверен в том, что Чащобник хотел взять себе ученика и даже не спрашивал об этом, боясь услышать в голосе наставника презрение. Его, Слепозмейку, избрало звёздное племя. И совсем скоро, в ночь половины луны, предки огласят свой вердикт: ошиблись ли они с выбором, или же готовы благословить его на дальнейшее служение племени.
- Вот уж чего я не хочу, так это чтобы кто-то из этих котят стал учеником целителя, - невесело усмехнулся Слепозмейка. -Пока я жив, никого из них такая участь не постигнет. Они смогут стать учениками Чащобника только в том случае, если погибну я. А вот если я выживу и стану настоящим целителем, не буду брать ученика, пока не стану совсем-совсем старым и беспомощным. Нечего им бока в моей палатке пролёживать, - он широко улыбнулся. - Пусть лучше прыгают по веткам наперегонки с местными ветрами, ловят дичь, колотят друг друга как следует. Дышат холодным воздухом, тренируются с наставниками. Я верю, что всё это у них будет, если мы с Чащобником постараемся. У всех котят, которые родятся в Небесном племени.
"Кроме Камушка и Ураганчика".
Слепозмейка представил среброгривых красавцев, скачущих по ветвям и скалам, так похожих на своих родителей. "Вы никогда не станете оруженосцами и не почувствуете вкус ветра".
Взгляд Слепозмейки потух, и он невольно затих, замаскировав это под занятость ранами Подлёдной.
К его счастью, ученица не отличалась сильной замкнутостью, они оба сохраняли примерно одинаковую степень общительности, спокойно или смущенно переговариваясь друг с другом. Слепозмейка никак не мог отделаться от мысли, что происходит нечто странное, может быть, даже неправильное. Но, обдумывая происходящее, он приходил к выводу, что ни он, ни Подлёдная, не поступают против закона. Слепозмейка не пренебрегает своими соплеменниками, так как его помощь им в данный момент не нужна. Подлёдная не раскрывает секретов своего племени и ведёт себя вежливо и благородно, как подобает воительнице.
- Смывать кровь в ручье - это, конечно, замечательно. Но тебе пришлось бы шагать до самого лагеря с сырым мехом. Так и Белым кашлем заболеть недолго. А от Белого кашля до Зелёного - один шаг. А вообще, тебя вовсе не противно облизывать. У меня даже мысли не было выворачиваться шкурой внутрь, - он издал тихий смешок. - Наверное, я просто привык. Первое время приходилось тренироваться на мышах. Потом - на грязных оруженосцах. А когда кровь и грязь перемешиваются, тебе хочется просто пережить этот вкус и забыть. И, после этой гадостной смеси, облизывать просто грязь или просто кровь - не так уж противно. Знаешь, я уже столько крови слизнул с чужих ран, что наверное, мог бы съесть настоящего кота. А, теперь понятно, куда делись прошлые ученики Чащобника. Похоже, он их съел за непослушание.
Слепозмейка задумчиво посмотрел в сторону, а потом пожал плечами. - Мне сложно представить прошлое Чащобника. Наверняка оно такое же тёмное, как его шерсть. Меня больше удивляет то, что ты позволила какому-то противному, чужому недоцелителю коснуться твоих ран. Мне многое рассказывали о сумрачных котах, но обычно, не очень хорошее. Что вы гордые, враждебные, отстраненные. Никогда бы не подумал, что кто-то из сумрачных просто так позволит мне коснуться его.
Отстранившись, Слепозмейка пошёл рядом, слушая негромкий голос Подлёдной. Ему было хорошо. Лучше, чем в лагере, где всякий раз его взгляд мимолётно тянулся к кладбищу или к проходящей мимо Звездошейке.
Он чуть улыбнулся словам Подлёдной о двуногих. Вот уж что правда, то правда: лучше им с Клопом в следующий раз договориться... иначе, даже зная должности друг друга, они всё равно рискуют подраться.
"Интересно, если целитель дерется с целителем, нарушает ли он неприкосновенность целителя? И нарушает ли это правило его противник, если обороняется? Будет печально, если мы с Клопом снова нарушим какой-нибудь священный закон".
Несмотря на опасения Слепозмейки получить нагоняй от наставника за помощь чужой ученице, он не ожидал, что Подлёдную это так заденет за душу. Он знал, что наставник может быть очень суровым, но всё равно не испытывал никакого сожаления оттого, что помог Подлёдной.
- Ничего страшного, если Певчая узнает. Наверное, - пробормотал Слепозмейка, чувствуя себя виноватым в том, что взволновал новую знакомую. - В конце концов, мы правда не сделали ничего плохого. Просто Ольхогриву может не понравиться, что тебе помог не он, а какой-то непонятный ученик. А Чащобнику явно не придется по духу, если кот из чужого племени будет возмущаться моим поведением. Но всё это мелочи по сравнению с неоказанием помощи тому, кому она требуется. Я ни о чём не жалею.
Слепозмейка спрыгнул с холма, позабыв, что он не один. Тело вытянулось, связки приятно напряглись, и он приземлился внизу на все четыре лапы. Иногда ему было грустно, что его тело, такое чистокровное, пропадает в целительской палатке, лишенное необходимых ему тренировок. И порой, например, прыгая с холмов или веток, Слепозмейка чувствовал, что делает именно то, для чего он нужен. Для чего приспособлен. Он взглянул в ту сторону, куда указала Подлёдная, и действительно заметил ромашки. С её "сумрачным" зрением искать травы в вечернем полумраке оказалось в разы проще, чем обычно.
- Спасибо! - мурлыкнул он, подбегая к цветам и обнюхивая их. Запах гнили почти не чувствовался, зато часть стеблей засохла и лежала под лапами. - Мне понадобятся только цветки, поэтому отламывай небольшую часть стебля, просто чтобы было удобно нести. Удивительно, что мы вообще нашли их. В лесу ромашки уже засохли, увяли. Возможно, здесь им достаётся больше солнечного света... - Слепозмейка осёкся и замолчал. Он уже давно наблюдал за растениями: за тем, как растут их побеги, листья, формируются бутоны, цветы, плоды. В итоге, ученик целителя пришёл к выводу, что многие растения хорошо себя чувствуют именно под солнцем. Но нужны ли такие знания будущему воину? Что Подлёдной все эти травки-цветочки? Её ждут суровые будни, когда она вернётся обратно в племя.
Собрав нужное количество, Слепозмейка остановился, оставив несколько ромашек нетронутыми.
- Вот, похоже, и всё, - выдохнул он, поглядывая в сторону небесных территорий, туда, где вдали колыхались древесные кроны. - Раньше, когда приходил сюда, выискивал взглядом одного забавного одиночку, - признался серый кот. - Я вытащил из его лапы какой-то странный хрустальный шип, каких никогда не видел на кустах в лесу. До сих пор иногда посматриваю - не пройдёт ли он здесь? Грустно, если моя помощь всё-таки не помогла ему, и он погиб.
Слепозмейка вздохнул и, собрав все ромашки и травы в один пучок, развернулся. - Теперь, приходя сюда, буду поглядывать, не покажется ли среди травы твоя белая шубка. Пусть твой путь до лагеря будет лёгким и безопасным.
Загадочно улыбнувшись на прощание, Слепозмейка нырнул в траву и побежал рысцой к холму. В лапах появилась какая-то сила, лёгкость, потому что его голову занимали мысли о том, что когда-нибудь он сможет вновь встретить Подлёдную. Вероятно, даже помочь ей? Слепозмейка слетел с холма, не подумав о высоте, и чуть не переломал себе лапы, еле успев сгруппироваться. Засмеявшись над своей рассеянностью, он помчал дальше и вскоре был у лагеря.
Там, проведав Звездошейку и накормив её котят нужными травами, Слепозмейка встретил своего наставника и узнал, что ночь половины луны сегодня, а вовсе не завтра или послезавтра. Вместе с Чащобником он отправился на встречу с другими целителями.
----> Лунное Озеро (через лагерь Небесного племени)

+4

24

Судя по всему, Чащобник был Когтезвёздом небесного разлива. Слепозмейка зажимался, стоило ему упомянуть всуе имя черногривого (как помнила ещё с Совета Подлёдная) наставника, и невольно светлая задавала себе вопрос – а не ёжилась ли она сама, когда всем направо и налево рассказывала, гордясь, о своём наставнике?
«Нет, я же и правда гордилась. Горжусь, - тут же поправилась ученица и смущение от таких мыслей спрятала в нервном коротком движении хвоста. – Я сама оказалась виновата в том, что ранена, и это вовсе не вина Когтезвёзда. Он хочет вырастить из меня настоящую воительницу. Сумрачную кошку», - Подлёдная уставилась на серое небо, замечая, как оно разбухает и потихоньку белеет. Не сразу она поняла, что что-то холодное упало ей на нос и тут же растаяло, тонкой струйкой сбежав к уголку рта, по подбородку и, наконец, затерялось в шерсти.
- Снег пошёл, - не в тему разговора добавила светлая, перебив грустные (или, наоборот, радостные) мысли Слепозмейки о том, что котята, которых он принял, вырастут  станут сильными воителями. Ей было несколько неловко разговаривать на эту тему – казалось, серый и правда принял её в касту учеников целителей и делится с ней каким-то секретами, доступ к которым должна, вообще-то, получить Певчая.
- Когда я была котёнком, меня звали Метелинка. Мама так назвала. Я просила, чтобы она объяснила мне моё имя, и она охотно это делала, но всё же я не знала, что это такое – снег. А уж тем более метель, - Подлёдная неловко улыбнулась, - скоро я-то узнаю, как и увижу лёд. Сезон Голых Деревьев целиком и полностью посвящён мне, - она хмыкнула, вдруг впервые осознав, как это звучит. До сих пор ей приходилось мыслить в категориях «всё – моё» только в собственном разуме, и редко Подлёдная выносила что-то за его пределы. Только тем, кому доверят, - как сестре, например.
- Глупо звучит, - выдохнула кошка и снова поморщилась, когда в плече неприятно заныло от наложенной повязки, - но это правда мой сезон. Теперь я могу сливаться с землёй, когда охочусь. Надеюсь, мне это поможет, - она глядела на облачко пара, разраставшееся в воздухе после её слов и слов Слепозмейки. Сезон Голых Деревьев начинался интересно.
- Эй, Слепозмейка, а я вкусная? – весело спросила Подлёдная. – Но, если по-честному, передай Чащобнику, чтобы он тебя не вылизывал. Не хочу, чтобы он тебя, как и остальных, съел, - добавила светлая, чувствуя какую-то ответственность за этого серого ученика целителя. И почему он был таким… милым? Нет, это слово не той категории. Он просто был очень простым и таким… таким не небесным. Как будто сумрачным. Слепозмейка тоже это заметил – вот только понял всё совсем наоборот.
- Ты разочаруешься, если я приведу тебя в лагерь племени Теней, - хмыкнула Подлёдная, - у нас всегда шумно, все прекрасно друг с другом общаются. Конечно, не без гордых, - тут вспомнила Коршунка, - но у вас с этим, мне кажется, беда совсем. А ещё, я слышала, вы бесцеремонные завоеватели земель и беспардонные, хамоватые типы, готовые откусить кусок от твоего бока, стоит только зазеваться, - Подлёдная склонила голову набок, оценивающе разглядывая Слепозмейку, - не хочу тебя разочаровывать, но ты производишь впечатление как обычного Сумрачного кота. Ты был бы мне хорошим соплеменником.
«Ой, что я только что опять сказанула?»
- Нас покарает Воинский Закон, если что-то плохое мы сделали на этих землях, - серьёзно откликнулась Подлёдная, - и те, кто за него в ответе. Я знаю Воинский Закон. Не разбираюсь досконально, но, прежде чем принять твою помощь, я, если честно, сверилась со всеми правилами. А ты вспомнил о законе целителей. Его я пока не знаю, - светлая кошка отвела взгляд, стараясь скрыть стыд от того, что до сих пор не вызубрила наизусть священные правила целителей, - но я работаю над этим. И не скажу Ольхогриву, что это был ты. Мне вполне могла помочь Певчая, - пожала плечами ученица Когтезвёзда.
И застыла на холме, наблюдая за Слепозмейкой. Тот грациозно спрыгнул вниз, безо всякого труда, и Подлёдная восхищённо вздохнула. Эти Небесные воители и правда похожи на покровителей небес. Такой, казалось бы, малый прыжок, легко можно было вообще сбежать вниз по склону, быстро-быстро перебирая лапами, как это сделала она, но всё же корни берут своё – и вот ученик целителя демонстрирует своё летучее превосходство. Будь он учеником Когтезвёзда, он сегодня не раз уложил бы его на лопатки, порхая над ним, как божья коровка.
- И почему тебя назвали Слепозмейкой? – удивлённо, обращаясь к себе, пробормотала Подлёдная. – Тебе бы подошло имя больше Крылозмей. Или… Парящий! Орёл! И ведь ты так легко это сделал, - она умолкла, стоило снова приблизиться ей к Небесному ученику, дабы не давать обоим поводы для смущения. Ей нравилось общаться со Слепозмейкой. Больше, чем хотелось бы самой.
Ученица послушно присела над ромашками и принялась обгрызать стебли. Слепозмейка принялся объяснять, почему случилось такое чудо, но осёкся – видимо, решил, что она его совсем не слушает.
- Продолжай, пожалуйста, - пробормотала сквозь занятые зубы Подлёдная, но ученик, кажется, её не услышал и присоединился к работе. На некоторое время воцарилась тишина, падал снег, укрывая их шёрстки, а ромашки, дожившие до самого смертоносного сезона, исчезали под зубами двух котов.
Вот и всё. Подлёдная подняла голову, разминая затёкшую шею, и обернулась в свою очередь на темную громадину леса, оставшуюся за спиной. Она чувствовала, что нельзя находиться так долго за пределами родной территории, но, что удивительно, возвращаться пока не хотелось.
- Ты хороший целитель. Не думаю, что он погиб, - откликнулась Подлёдная, возвращая взгляд на Слепозмейку. И тут же поняла, что зря это сделала. Она смущенно загорелась и с трудом заставила себя пожелать серому котику удачи на обратную дорогу домой:
- Пусть Звёзды освещают твой путь, Слепозмейка, - словила его загадочную прощальную улыбку и тоже развернулась в сторону дома.
Лапы как будто сковало судорогой. «Прости, но мне придётся тебя разочаровать, Слепозмейка. Никаких друзей. Никаких связей с другими племенами. Я обязана служить Воинскому Закону, чьей огромнейшей ошибкой я являюсь. Коварным, гадким порождением его нарушения. Больше я не буду приближаться к землям одиночек.»
И всё же слова Слепозмейки крепко засели в её голове, пока она возвращалась через реку обратно в своё тёмный сумрачный лес.

--------------------->>> хвойный лес

Отредактировано Подлёдная [*] (2017-12-28 21:32:14)

+1

25

РАЗМОРОЗКА

Чужеземка глубоко вдохнула, ощутив приятный аромат поодиноко росшего колоса, который только довелось обнаружить на пустынной земле. Инородный, такие растения она обнаружила лишь с приходом в эти земли, еще успела застать пшеничное поле, высаженное человеком.
Выдох.
Горячий воздух с придыханием просочился сквозь разомкнутые клыки, разбавляя густой, предрассветный туман, налипавший на кончики шерстинок каплями росы. Память вспышкой высекла образ рисовых холмов. Податливые, словно море, колыхались под каждым порывом ветра. И листья их рябили, пригибались к земле, отблескивая серебром, пока шквал ниспадает. Последнее воспоминание становилось навязчивее, порывы трансформировались в шторм, принесший дождь, сровнявший уровень моря и береговой линии. Воспоминание саднило, как старая рана, надрывающая при каждом шаге назад.
Белесой лапой странница притянула молодой росток, наклонилась, одним щелчком перекусила горький стебель. Успевшие созреть крупинки посыпались к разномастным лапам кошки, однако Ликорис не стала касаться чешуйчатого колоса, удерживая его за перекушенную часть с другой стороны. Нельзя оставлять свой запах. Трехцветняя неспешно двинулась вперед, аккуратно проводя колоском по цветкам тимьяна, закрепляя аромат, привлекающая ее добычу. Без постыдства кошка признавалась и себе в искушении утереть свои щеки этим запахом.
Где сладко пахнет, там опасно. Истина, известна, пожалуй, любой крупной птице, и Ли догадывалась, почему сюда куропатки заглядывают редко. Кошачьи метки служили не только предупреждением соседям, но и другим животным. Чего не скажешь про кроликов.

Чем дальше черепаховая шла, тем больше ослабевал запах ветровых котов.  К крутым, покатым землям следы их присутствия и вовсе исчезли, обозначая, что предел территории был покинут. Лапы совсем взмокли от мокрой поросли вокруг, а шубка взялась сосульками на светлом животе. Ли игнорировала неудобства, всецело отдаваясь охоте, которую предвкушала устроить.
Долго выбирать место не пришлось: Примятая трава неровной тропкой кружляла в округе, ветвилась и соединялась на вытоптатой полянке покатого холма. Ли мотнула головой, стукнув стеблем об землю, заставляя россыпь зерн раскатиться в стороны. Задним ходом кошка скрылась в густом кустарнике, укрывая светлую лапу бурым хвостом, практически слившись с окружающей средой.
Солнце уже разогнал блеклую, серую пелену, висящую в воздухе, оставшись цепляться за верхушки гор в дали. Блики заиграли на сетчатке глаза, заставляя наморщить нос. Мышцы уже сводило от напряжения и усталости, когда - вот же оно! - сквозь прорехи показалась пестрая голова. С одной из троп, рваными поворотами головы и плавными шагами, выманивалась на приманку желаемая птица. Ликорис на мгновение почудилось, что резкий скач ее сердцебиения слишком громко отбивало учащенный ритм, луной проходился по окрестностям. Но куропатка уже принялась за угощение, не услышав сердце ее потенциальной смерти. Ли приподнялась на цыпочках, уши непроизвольно развелись в стороны, а зрачки перед самым прыжком охватили всю радужку золотистого глаза.

Казалось, пугливая дичь заслышала шаги прежде, чем охотница успела сделать рывок. Ли без досады приземлилась на место, где мгновение назад паслась вспорхнувшая ввысь куропатка, и едва заднице лапы вынеслись вперед передних, как странница отпружинила и вытянулась вверх, обнажая когти и цепляя крылья птицы, сбивая с ее перьев шлейф росистых брызг.  В воздухе охотницу и ее жертву инертное движение перевернуло, притяжение понесло двоих назад вниз головой. Подтянув птицу к себе во время падения, Ли впилась зубами в хрупкую шею, освобождая лапы и мощным движеним позвоночника извернулась, приземляясь на все четыре конечности. Схватив трепыхающееся тело, Ли сильнее сжала челюсти, прекращая муки добычи.
Странница почувствовала приятною ломоту в теле, села, выровнялась и немного размяла позвоночник, прогибаясь в потягивании. Золотистый взгляд упал на отвисшее крыло и, живя не по понятиям воинского закона, не отказала себе в выживании, поглотив конечность куропатки. Восполнив силы, трехцветняя неспеша слизала остатки крови с шерсти, медленно анализируя местность на предмет слежки. Отнюдь, тишина вокруг и прекрасный обзор территории говорил о том, что вокруг ни души. Спрятав пучки ощипанных перьев, кошка забрала с собой добычу и рысцой отправилась в обратный путь.

--> Главная поляна племени Ветра

+1


Вы здесь » cw. дорога домой » нейтральные леса » холмы