cw. дорога домой

Объявление

Добро пожаловать, путник!
Именно здесь коты-воители нашли дом, который всем был так нужен. Эта ролевая - одно из немногих мест, сохранивших дух книжных котов-воителей, и именно здесь вы сможете отдохнуть душой, оказаться в шкуре любимого персонажа и жить так, как того просит сердце.
Надеемся, ваша дорога домой не была долгой.
Почётный игрок
КЛЕНОВЫЙ
тонкий расчет
СЕРЕБРО ЗВЁЗД
на вершине Олимпа
ОЦЕЛОТКА
запоминающийся дебют
В игре
Новости
Ссылки
Реклама
погода
» сезон зеленых листьев

» +24, пасмурно, душно
В игре
Кашель отступил, но в лес нагрянули новые напасти.

В Сумрачном племени котята становятся оруженосцами, а Ольхогрив берёт себе новую ученицу, Ивушку. Однако не всё так безоблачно - на территории племени Двуногие начали расставлять капканы, от которых уже пострадали несколько котов. Тем временем внутри племени далеко не все коты довольны правлением Когтезвёзда - не является ли это предвестием скорой бури? Просто ли жара донимает земли племени, или это знак Звёздных предков о том, что что-то неладно?

Речное племя, наконец, смогло вернуться в свой лагерь, для этого даже не пришлось сражаться, но всё ли так просто? Едва отбившись от двуногих, разогнавших банду, Серебро Звёзд должен решить множество проблем, и первая из них - как смогут ужиться речные коты с теми, кто против своей воли оказался в лапах изгнанников? Все речные котята выросли вдали от родного племени - смогут ли они стать достойными речными воителями? И теперь, когда Клоповник покинул племя, ситуация стала ещё тяжелее.

Племя Ветра решает исследовать найденные туннели, но это оборачивается гибелью нескольких воителей. Кто-то смог спастись, но ходы вывели уцелевших на земли соседей, чему вовсе не обрадовались Грозовые коты. Не станет ли это причиной нового конфликта? Тем временем Ветрогон посвящает в ученицы целителя бывшую одиночку, Мегеру, но что будет с племенем, где ни целитель, ни его ученица не разговаривают с предками?

Грозовое племя наслаждается тем, что в их лагере наконец-то стало просторно, но все ли проблемы решены? Что делают на их территории коты из племени Ветра? Не станут ли туннели слабым местом в обороне Грозовых котов? Наконец, и самое мирное время не обходится без смертей - и одна из королев умирает, дав жизнь долгожданным котятам, однако и это не единственная смерть в племени.

Небесное племя отныне не так уж дружелюбно к одиночкам и прогоняет тех, кто пришёл присоединиться к нему. Но у Звездошейки есть и другие заботы - множество посвящений, защита племенных границ и в особенности - тех, что появились недавно благодаря захвату нейтральных территорий. Племя растёт и крепнет, но долго ли продлится такая стабильность, надолго ли хватит сил у самого молодого племени леса - особенно с учётом новой пропажи воителя?

Банда распалась благодаря Двуногим, совершившим нападение на лагерь. Часть её членов была захвачена, кто-то погиб... Некоторые смогли освободиться из плена, но теперь их судьба - в лапах Серебра Звёзд и бывших соплеменников, которые отнюдь не намерены прощать.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » племя теней » детская


детская

Сообщений 21 страница 40 из 47

1


У полога переплетающихся пушистых лап могучих елей находится детская, что укромным местечком расположилась в ещё одном каменном проходе мшистой каменной груды. Тут королевы вскармливают и воспитывают самых юных членов Сумрачного племени. Оруженосцы тщательно следят за чистотой детской, да и заботливые мамаши не забывают им об этом напоминать. Здесь всегда тепло, уютно, и пахнет молоком. Ветки елей защищают зимой от прямого ветра и снега, а летом не позволяют солнечным лучам напрямую тревожить королев и их потомство. Палатка довольно просторная, рассчитанная на то, что в ней сможет воспитывать молодняк не одна королева.


0

21

После болезни

Какие-то тени, какие-то незнакомые коты, ужасный сон! Он просыпался как ему казалось на своей подстилке, делал пару шагов к выходу и его вновь возвращало назад, лапы сковал паралич, и все эти требующие немалых усилий воли попытки проснутся сменялись глухими вспышками тяжелой, душной тьмы, словно комок меха застрял в самих легких. "Воздуха! Воздуха!" - как же выбраться из этого марева? Один яростный толчок, рывок на поверхность. Он неуверенно моргнул поняв что проснулся окончательно, добро пожаловать в реальность, по ощущениям тело было тяжелым словно он луну не двигался. На мордочке проскользнуло выражение сперва недовольства, а затем недоумения - это была не детская! Как он попал в палатку целителя? Благо сейчас пустующую. Котик попытался подняться, чувствуя себя до странности неуклюжим, и принял сидячее положение опустив взгляд на свою грудку.
Все эстетические чувства Коршунка разом издали предсмертный вопль! Великое Звездное племя на кого он похож! Что с его прекрасной рыжей шерстью?  Примятая, свалявшаяся, грязная! Фу! Это что чья-то мерзкая шутка? Наверняка этих сестричек полукровок или Бурокрылого! Ждут что Ольхогрив найдет его тут и ему влетит как никогда, за самовольное проникновение в святая святых, даже могут наврать и его посвящение отложат! Он снова брезгливо оглядел свою шерсть. Правда между выходом ко всем в таком виде и гневом целителя тщеславный котенок выбрал второе. и принялся тщательно вылизываться. Скорей бы охотники стали носить больше добычи, а то он уже может прощупать языком собственные ребра! В онемевшие мышцы возвращалась жизнь и он почувствовал себя гораздо лучше, не идеально, все же хотя бы пристойно. Затем с наслаждением потянулся, услышав приятный хруст в суставах, сделал пару глотков из небольшой лужицы и торопливо бросился на выход. Когда он узнает кто его так подставил месть будет сладка. А не пойман, не вор - если ему повезет его запах выветрится еще до возвращения Ольхогрива.
Над лагерем сгустилась ночь и главная поляна показалась котику довольно неуютной, слишком безжизненной и призрачной. "Который час?" - он слегка поежился. Лучше вернутся под бок к Клюкве, пока его исчезновение не обнаружилось. Прижав ушки котенок бросился к лазу в детскую и максимально тихо влез внутрь. Но его меры предосторожности оказались лишним - в детской не спали, тут находилась Тростинка, Полевка - молодой воин, и Мглуша с котятами?! Коршунок выпучил глаза, это еще как случилось? Когда он засыпал в детской никаких котят не было. Неожиданно ему стало страшно, еще и потому что он не увидел ни Малинку, ни Соловушку, ни маму на привычных местах. Даже их запахов тут не было. Его подстилка исчезла. Шерсть котенка встала дыбом на загривке.
- Эй, что происходит?! - возмущенно мяукнул он, стараясь скрыть свой испуг за резкостью. - Где мама? И Соловушка с Малинкой? Куда вы дели наши подстилки? Что вы все тут делаете?

+3

22

Мглуша, похоже, еще отходила от родов, и Тростинка старалась как можно лучше понять её состояние. Плохо ли ей сейчас? Может хочет есть? Пить? Нервно перебирая лапами, пятнистая кошечка снова и снова воровато поглядывала на новорожденных, будто и нельзя было вовсе. Все такие темненькие, полосатенькие, ну точно что Шрамовник, что Мглуша.
- М-может тебе попить принести? - неуверенно мяукнула черепаховая воительница, остро ощущая, что её присутствие здесь пока не так необходимо. А если еще Мглуша накинуться на неё надумает? Она свирепая, да и к тому же, зеленоглазка слышала от других кошек, что королевы, особенно новоиспеченные, те еще бестии.
- Поздравляю, Мглуша, - раздался рядом мягкий баритон, и кошечка сначала повернула уши, а после и голову, встретившись взглядом с добрыми глазами Полевки.
- Тростинка права, котята просто чудесные.
Слабо улыбнувшись этой фразе, Тростинка дружелюбно потерлась щекой о щеку своего самого близкого друга. Эх, Полевка. Такой же несуразный, как и она сама в этом племени, но добрый, отзывчивый. С ним кошечка не боялась своей трусости, или неуклюжести, или простоты. Они выросли вместе, принимая друг друга без остатка, а потому разве мог быть у них друг ближе?
- Представляю, какие сильные воители из них вырастут, - проурчала Мглуше воительница, считая, что "сильные" - самая лучшая похвала для будущих защитников Сумрачного племени.
И едва она задумалась о том, каким бы словом захотела описать собственных котят, на входе что-то зашевелилось, подозрительно близко к земле, а значит это был котенок, но...
- Эй, что происходит?! - возмущенно мяукнул Коршунок, а Тростинка вылупилась, будто призрака Звездоцапа увидала. Челюсть потихонечку опадала вниз.
- Где мама? И Соловушка с Малинкой? Куда вы дели наши подстилки? Что вы все тут делаете?
- Коршунок, ты очнулся! - и, даже не успев удивиться этому порыву, пятнистая кошка бросилась к малышу, с удивлением отмечая, что запаха болезни почти нет на короткой, примятой шерстке.
- Соловушка с Малинкой стали оруженосцами, пока ты... выздоравливал в палатке Ольхогрива, и мы очень... предки, мы так рады, что ты пошел на поправку! - быстро-быстро бормотала кошечка, непонятным инстинктом прилизывая шерстку на затылке Коршунка.
- Уверена, на днях тебя посвятит Когтезвезд, он будет очень рад, когда вернется с Совета. Все будут рады, да, Полевка? - с нервным блеском в глазах просияла Тростинка, будто выздоровление Коршунка было её личной победой.
Ведь... Сипуху уже не спасти.

+3

23

Тростинка на секунду прижалась к нему, и глупое сердце ушло в пятки, словно он и вправду был полёвкой под лапой Тростинки.
Скажи ещё, что это не так. Глупый, глупый и наивный Полёвка. Не стоило тебе смотреть на неё слишком долго, а теперь поздно. Ты ведь не разлюбишь?
На секунду он застыл, буравя глазами темноту.
Нет. Не разлюблю.
Даже такая, безнадёжная любовь - дар Звёздного племени. Особенно для тех, кто прежде не видел особых чувств, не испытывал, не знал. В болотце его души было всегда спокойно и мирно, пока вдруг не рассвело, и одна крапчатая кошка, с которой он жил бок о бок с самого детства, не показалась ему чем-то большим, чем товарищем детских игр, глупых и суетливых...

Обычно мертвецы не имеют свойства воскресать, но тут совершилось почти невозможное. Все уже и не чаяли, что Коршунок выкарабкается, однако котёнок как ни в чём не бывало стоял на пороге детской.
- Слава Звёздным предкам, ты жив, - Полёвка говорил куда спокойнее Тростинки. Хорошо, что котёнок выжил, но все так привыкли к тому, что он не жилец, что даже не особенно бы уже и горевали, когда он наконец присоединился бы к Звёздному племени. - Все уже и не надеялись, ты очень тяжело болел. Лучше тебе пока вернуться в палатку целителей, ты очень слаб.
Все будут рады, да, Полевка?
- Разумеется, - он улыбнулся с куда большим энтузиазмом, хотя предназначался тот не столько Коршунку, сколько Тростинке.
- Посвящение оруженосцев - всегда радость, а вдвойне - когда она неожиданная.

Он почувствовал, как Тростинка вздрогнула и едва не ударил себя хвостом по губам.
Возможно, Когтезвёзд поручит Коршунка тебе. Это было бы справедливо.
Воитель не знал, облегчат ли его слова горе его недоступной возлюбленной, поэтому подкрепил их осторожным прикосновением хвоста к пёстрому горячему боку - и сам вздрогнул, почувствовав чужое тепло.
Я всегда буду рядом, пока ты будешь этого хотеть. И даже если не захочешь видеть меня - приду по первому зову.

+2

24

"Что они все смотрят на меня словно я пришел из Звездного племени?" - Коршунок поежился. Вообще он любил внимание к себе, даже обожал, но это был явно не тот сорт внимания который он бы хотел ощутить. Глаза Тростинки были просто огромными, неверное она бы так не удивилась даже если бы вся рыба из озера выскочила и начала бегать по территории племени Теней. Полевка кажется тоже был ошарашен, хоть и немного меньше. "Да что с ними такое?!" - липкая паутина страха оплела его шкуру. Что с ним было?
- Коршунок, ты очнулся! - воскликнула кошка и бросилась к обомлевшему котику, взволнованно прилизывая мех на его затылке.
Он даже не успел возмутится столь вопиющим нарушением его личного пространства! Да и вообще он только-только пригладил шерстку! Но из-за сбивчивой речи Тростинки, это стало уже абсолютно неважно. Как это брат с сестрой стали оруженосцами?! А как же он?! Почему его не посвятили?! Что значит выздоравливал?! Разве он болел?.. Он помнил, что у него слегка першило горло, но он не видел в этом особой проблемы и не собирался ныть и жаловаться из-за такой-то мелочи! Сколько же времени прошло на самом деле?..
- Я?.. - растерянно пролепетал котенок, чувствуя себя так словно заснув дома он вдруг очнулся в лагере чужого племени! Он не помнил что болел, но сейчас ему стало реально плохо - причем не в физическом, а в моральном плане. Он был напуган. Он потерял много времени. Да что там он должен быть оруженосцем! "Где Соловушка и Малинка?! Где мама?! И папа!" - он отшатнулся от Тростинки, ему не нужна была забота этой кошки, он хотел видеть свою семью! А вдруг с ними что-то случилось пока его не было рядом? Он с трудом мог поверить что прошло и правда так много времени. Может это просто розыгрыш? Тогда это ужасный и глупый розыгрыш!
- Где они?! - воительница не сказала ему самого главного, голосок Коршунка прозвучал надсадно, стало немного стыдно за эту истеричную нотку, но только сейчас, просто пока он не убедится что с ними все хорошо, с его семьей.
Полевка сказал, что он тяжело болел и котенок сердито нахмурился, пытаясь толком отойти и осознать услышанное. Почему вообще они ведут себя так словно заранее записали его в мертвецы? Теперь еще помимо страха накатила жгучая обида, что они о нем думают?! Как они вообще могли так о нем подумать?
Лучше тебе пока вернуться в палатку целителей, ты очень слаб.
-Я не слабый! - возмущенно заявил он, сердито вздыбив шерсть на загривке. - Почему вы ведете себя так словно уже меня похоронили?! Почему Малинку и Соловушку посвятили без меня?! Кто вам сказал что я... что я умру?!! - теперь он уже кричал, если он и правда болел так серьезно, почему никто не ждал его выздоровления, почему никого не было рядом когда он пришел в себя?! - Я сильный! Как настоящий воин! Вы должны были знать, что я поправлюсь - это же просто болезнь! А вы что обо мне думаете?! Что меня какая-то болезнь убьет?! - возмущение разило в котенке через край, он был напуган, оскорблен, зол и крайне обижен.

+2

25

Тростинка растерянно моргала, прижимая уши от громкого мяуканья Коршунка. Малыш и до болезни был тем еще сорванцом, а теперь, растерянный и в догадках, он и вовсе разбушевался.
- Тише, Коршунок! - прижала уши кошка, пугливо оглядываясь на задремавшую, изможденную Мглушу с её потомством. Совсем скоро котятам дадут имена, и кто знает, может, среди буро-полосатых комочков спит кто-то, кто станет... Да нет. Не надо.
Еще одного погубить?
И, словно услышав мысли подруги, Полевка шепнул на ухо:
- Возможно, Когтезвёзд поручит Коршунка тебе. Это было бы справедливо.
- Нет, Полевка! - ахнула кошка, хлестнув себя хвостом по боку. После смерти Сипухи в этом мире нет ничего справедливого.
Или, все же, есть? Например, удивительное выздоровление Коршунка. Осторожно обняв хвостом котенка, Тростинка вздохнула, не зная, как его успокоить.
- Почему вы ведете себя так словно уже меня похоронили?! Почему Малинку и Соловушку посвятили без меня?! Кто вам сказал что я... что я умру?!! - кричал напуганный котенок, отчего Тростинка вздрогнула, беспомощно глянув на друга.
- Я сильный! Как настоящий воин! Вы должны были знать, что я поправлюсь - это же просто болезнь! А вы что обо мне думаете?! Что меня какая-то болезнь убьет?!
- Нет конечно, - усмехнулась Тростинка, учившаяся врать.
- Вон, даже подстилку сменили на более свежую, знали, что ты скоро выздоровеешь, - кивнув на удачно лежавшую пустую подстилку, которую сделали также перед родами Мглуши, пятнистая мягко заурчала:
- Она настолько свежая, что ты сможешь спокойно забрать её с собой в палатку учеников, потому что спать тебе на ней ночку-две, точно-точно тебе говорю, - пожала плечами кошка. Она и сама, если честно, верила, что Коршунку вот-вот наставника дадут.
Снаружи послышались голоса.
- Наши вернулись. Полевка, - взглянув на кота, воительница слабо улыбнулась:
- Позови, пожалуйста, Когтезвезда... или Стрелолиста, чтобы они прямо сегодня решили, когда посвятят Коршунка, - осмелившись на такую наглость, мяукнула пятнистая. Кто она, чтобы указывать лидерам? Но Коршунок заслуживал внимания сейчас, в такой нелегкий для него момент.

+2

26

Коршунок раскричался и испугался не на шутку. Полевка терпеливо пережидал первый порыв эмоций - котенку сейчас вряд ли что-то можно объяснить. Пусть для начала немного остынет.
Он хотел сказать это Тростинке, чтобы не тратила зря силы - детенышу надо просто прокричаться, покричит - и перестанет, а там уже можно будет говорить, успокаивать, что-то пояснять, но промолчал. К чему? Тростинка не стала бы слушать ничего подобного, будь это даже не совет Полевки, а приказ Когтезвезда, слишком глубоко укоренилось в ней желание кому-то помогать, служить опорой и поддержкой, вытирать хвостом слезы...
Она намного лучше меня, раз до сих пор это делает, не разочаровавшись во всем кошачьем племени.
Он умел сострадать, а чаще - изображать сострадание и кивать с глубокомысленным видом на чужие жалобы, даже самые пустые. Он был полезен этим гораздо больше, чем своими воинскими умениями и сомнительными талантами.
Возможно, мне следовало податься в целители. Конечно, тогда Тростинка была бы потеряна для него навсегда, но... разве не уже?
Похоже, он жил надеждой. Лучше, чем ненавистью, хуже, чем счастьем. Надежда имеет свойство сжирать кота с костями, хуже, чем сделала бы это собака или какой еще зверь...
  - Позови, пожалуйста, Когтезвезда... или Стрелолиста, чтобы они прямо сегодня решили, когда посвятят Коршунка, -  тихо сказала Тростинка. Как бы Полевка не робел предводителя и глашатая, ради Тростинки он, кажется, готов был отправиться на переговоры со всем Темным лесом.
- Конечно, - он улыбнулся пестрой кошке, которая была его жизнью, и вышел на поляну, покинув теплый мрак детской, где остался запах Тростинки, заставляя думать о том, что все могло сложиться совсем иначе.

———главная поляна

+1

27

Коршунок недоверчиво уставился на Тростинку, врала воительница из лап вон плохо. Он уже не был так напуган, теперь скорее зол и раздосадован. "Кретины!" - мысленно возмутился он. Но глупцам объяснять что-то - бесполезно, даже столь очевидные истины что никакая болезнь его на тот свет не утащит. Не хватало еще опускаться до их уровня. Свой ум-то в них не вложишь увы, и вообще ну вас всех. И когтя на лапе Коршунка они не стоят, стоит ли предавать значение их дурацким мыслям? Уж точно нет, у него большие планы и пора воплощать их в жизнь. Например выяснить что произошло за время пока он болел, отыскать свою родню, и наконец-то получить наставника! Не хватало еще чтобы Соловушку и Малинку посвятили раньше его в воины! Нет теперь первым вновь будет он и только он! Никто ему не помеха! Котенок пренебрежительно взглянул на Тростинку, к нему уже возвращался его былой запал и самоуверенность. "Уж в палатке целителя я больше не останусь, и тем более в детской!" - кстати если Мглуше он мешает, то это ее проблемы, никто ее не просил рожать эту мелочь прямо сейчас, могла бы и попозже обзавестись потомством. Но дело конечно не в королеве, а потому что стыдно это торчать в детской как маленький пока твои брат и сестра уже тренируются и покидают пределы лагеря! Даже несправедливо! Нет, нет, он прямо сейчас переберется к ним, с какой радости это ему предстоит ждать еще? Он здоров, силен, умен - он будущий предводитель племени Теней! Через мелкие помехи можно запросто переступить.
- Позови, пожалуйста, Когтезвезда... или Стрелолиста, - Тростинка обратилась к Полевке, да что же она думает что он будет сидеть тут и ждать. Пропустил свое посвящение. пропустил первый Совет, можно ли представить, но последние новости он уж точно не пропустит. Он вытащит всю информацию из брата и сестры!
- Глупости! Я иду к ним сам, прямо сейчас, - убежденно заявил котенок, не хватало еще чтобы пугливый и робкий Полевка разговаривая с Когтезвездом посоветовал бы ему чтобы котик отлежался в целительской еще несколько дней.
Хотя не сказать чтобы Коршунок плохо относился к молодому воину. Какой-то он весь уж неуверенный и робкий, таким точно нужна поддержка, да к тому же вон какими глазами-озерами смотрит на Тростинку! Такому наверняка требуется поддержка и покровительство уверенного в себе кота. То есть его. Но это было не дело номер один в его текущем списке, так что добрая воля в отношении молодого воина откладывалась до лучших времен. Ему нужно решить свои проблемы в первую очередь, пока его статус в племени не рухнул. Хотя раз уж речь о ЕГО статусе, нелепо думать что он может рухнуть. Пусть его посвящают прямо сейчас, это ничего не меняет.

Отредактировано Коршунок (2017-10-22 17:35:06)

+1

28

=== > Главная поляна

   Уход Певчей подкосил целителя. Теперь он действительно выглядел старым и дряхлым. Словно и ему самому было пора уйти из своей палатки, чтобы присоединиться  к обитателям палатки старейшин. Он хотел поговорить с Когтезвёздом, но того не оказалось в лагере, как и глашатая. Ольхогрив решил, что дело вполне терпит, а ему нужно себя занять чем-нибудь, чтобы не переживать о том, какой он плохой наставник, что от него спустя луну сбежала его первая ученица.
- Мглуша, - негромко позвал он свежеиспеченную королеву, протискивая широкие плечи в узкий проход детской. - Как ваши дела? - целитель влез весь в детскую, оглушенный запахом молока и здорового гнезда. - Я принёс тебе немного бурачника, пожуй его, если покажется, что молока не хватает на всю ораву, - кот уложил травы у стенки, и присел, любуясь котятами.
  Где же я допустил ошибку?.. Почему ей перестало нравиться её призвание? Почему предки меня не предупредили?.. Что сказал бы мне мой наставник, реши я однажды уйти от него? Ольхогрив явственно представил себе, как Мокричник даёт ему сочные оплеухи и гонит ловить блох у старейшин, чтобы дурь выветрить из этой лобастой головы. Может и ему следовало надавить на Певчую? Стерпится, как говорится?.. А потом он вспомнил её глаза, её грустный взгляд и понял, что именно было главным в её словах. Свои котята, своя семья.. Своё таинство рождения.
- Мглуша, если тебе нужно что-то, или что-то будет беспокоить, не вздумай ждать, обращайся. Материнский инстинкт находит проблемы у детей быстрее, чем самый искусный целитель, - Ольхогрив говорил положенные фразы, но мысли его были в стороне от молодой мамочки.

===>> Главная поляна

Отредактировано Ольхогрив (2017-12-02 21:32:31)

+2

29

Все было как в Тумане. Мглуша чувствовала чужое присутствие рядом, слышала голоса, но не могла обратиться к ним, не могла описать то, что она ощущала. Язык не шевелился, а лапы и вовсе стали ватными. Отчаянно моля о том, чтобы всё поскорей закончилось, кошка то и дело жмурилась да выкрикивала нечленораздельные ругательства в сторону всей ситуации в целом. Но держалась молодцом. Мглуша – крупная кошка, достаточно крепкая, чтобы от какой-то острой боли терять сознание или сдаваться.
Когда всё прекратилось, полосатая выдохнула с облегчением и погрузилась в странное состояние, схожее с дремотой. Она слишком сильно вымоталась, чтобы реагировать на происходящие рядом вещи, ее голова была забита вопросами и размышлениями целиком и полностью. Взгляд не желал фокусироваться на котятах под боком. Поэтому, сумрачная лишь прошлась по ним языком, ощущая то, что они реальны – это не воображение, а затем выдохнула и положила голову на лапы.
Рядом были Тростинка и Полевка. Ольхогрив уже ушел на Совет, как и Шрамовник, покинувший палатку чуть ранее. В любой другой ситуации Мглуша первым же делом пошла следом за племенем на Совет, но не сейчас. Сейчас ей требовался отдых. А как придёт в норму, так спросит о том, как всё прошло на Совете. Очень уж она не любила пропускать такие события.
Не потерять сознание окончательно помогал голос Тростинки. Трехцветная кошка была для Мглуши что-то вроде путеводной звезды, указывающей, куда идти и кого слушать. Полевка помогал с этим точно также, и Мглуша была благодарна соплеменникам, но решила, что сообщит об этом позже, когда окончательно придет в себя. Тогда, конечно, заглянет и к Ольхогриву, чтобы тоже поблагодарить его.
Отвечала, к слову, на вопросы Тростинки Мглуша односложно. Ей было тяжело создать единую мысль и направить ее в верном направлении. Полосатая знала, что виной всему усталость. Удивительно, но ее не сняло лапой даже тогда, когда звонкий голос Коршунка прорезал слух. Сначала Мглуша не повела и ухом, но затем удивилась, потому как помнила, что рыжий котёнок провел очень много времени в целительской палатке. А сейчас живой и здоровый, возмущается на всю Детскую. И Мглуше хотелось прижать уши к голове, лишь бы голос стал потише, но она не стала это делать.
Очень скоро основное количество соплеменников покинуло палатку, позволив Мглуше отойти в сон. Сквозь полуразомкнутые веки полосатая вновь посмотрела на целый выводок её котят, затем вымученно улыбнулась и, проведя по их нежным спинками лапами, уснула. Когда-нибудь эти мягонькие комочки шерсти сотрясут сначала Детскую, потом палатку оруженосцев, а затем и весь лес. Мглуша же остается только ждать.

Она проснулась лишь через время, когда в Детскую зашел Ольхогрив. Подняв голову, полосатая доброжелательно улыбнулась целителю, но особо выраженно двигаться не стала. Её лапы, конечно, затекли, как и бочок, однако, воительница боялась, что она потревожит уснувших котят. В горле першило, а еще жутко хотелось есть и пить.
- Добрый день, Ольхогрив, - протянула хрипло кошка, затем прокашлялась и посмотрела на маленьких котят под боком. Все же, прошлый день не был сном. Она видела, что что-то гнетет врачевателя, однако спрашивать об этом не стала: зашел Ольхогрив всего на чуть-чуть, да и воительница не хотела отвлекать целителя от его дел, особенно в опасное для племен время.
- Кажется, все пока идет хорошо. Спасибо тебе за травы и инструктаж. Тяжело это. Мне казалось, будет легче, - пожав плечами, она снова заглянула в глаза целителю, пытаясь прочесть его мысли. Не получалось.
- Я обязательно зайду к тебе, если вдруг что. Конечно, я не слишком опытная мамочка, - сидеть младшими братьями и сестрами не приходилось, - Но, думаю, проблемы выявить смогу.
Проводив взглядом удаляющегося целителя, Мглуша выдохнула и снова опустила голову на подстилку. А затем тихо рассмеялась.
- Ну что, ребятня, добро пожаловать в новый мир. Здесь будет не так весело, как там, откуда вы. Обратно, впрочем, уже не пущу. Будете привыкать к новым ощущениям. Вот подрастете – изучим вместе с вами жизнь за пределами палатки, а пока что только здесь и под моим наблюдением. 

+5

30

<<< ---------------------- хвойный лес

Возле лагеря смесь из страха, крови, трав и боли усилилась. Шерсть на загривке Подлёдной тревожно встала дыбом, она с трудом косила глазами по сторонам от себя, вдруг ясно представляя картину, как из леса выпрыгивает рысь и рвёт на мелкие куски её зайца. Его она отдать хищнице просто не имела не права. Не после той триумфальной, тяжелой победы, тех диких зигзагов между соснами. Не после того окровавленного снега, который ознаменовал окончание гонки.
В ней была кровь племени Ветра - Подлёдная знала это практически с рождения. Только никогда ещё у неё не было столь яркого доказательства того, что она дочь двух племён. «Меня могли бы воспитать два предводителя. Или, - Звездолёт издалека понравился ей не так, как его глашатай вблизи, - Штормогрив с Когтезвёздом. И я бы доказала каждому, что способна на многое! Они оба научились бы видеть во мне воительницу, а не просто полукровку», - её до сих пор лихорадило от того, что произошло за сегодня. Столько событий, столько эмоций, столько мыслей... Это ли значит быть ученицей? Ученицей племени Теней, ученицей Когтезвёзда? Этого она хочет?
Но рысь не потревожила беспокойный ход мыслей Подлёдной. Она, нагруженная дичью, ввалилась в замерший лагерь. Концентрация крови и боли была здесь усиленная вдвойне, нет, втройне, и, дрожа мелкой дрожью, кошка дошла до кучи с добычей и наконец-то избавилась от тяжёлой, но такой прекрасной ноши. Она поколебалась, рассматривая пойманных землеройку, воронёнка, полёвку, ящерицу и зайца, особого рода ношу, но всё же выбрала его - самого тяжёлого, самого большого, самого мясного. Лагерь переживал кровь - удача или неудача?.. Подлёдная узнает это у Мглуши.

Зайдя в ясли, светлая кошка глубоко затянулась родным запахом молока. Она уже три луны как жила в палатке оруженосцев, и всё же воспоминания о детской, о тёплой маме и весёлом папе с особой силой накатывали на неё здесь. Здесь Тёрн шутил и смеялся, изображал барсука и учил детей разговаривать с предводителями. Здесь Лебединая с редкой, еле заметной тоской рассказывала свои воспоминания детства о пустошах, здесь она учила детей не сдаваться и не рыдать над бесполезными мелочами. Здесь была семейная, любимая Подлёдной жизнь.
- Мглуша, я принесла тебе ужин, - мягко проронила ученица, дойдя до королевы. Она осторожно подвинула зайца прямо к кошке и села рядом, памятуя о словах Слепозмейки. - Я посижу с тобой, пока ты всё не съешь, - мягко сказала Подлёдная, пристально следя за тем, как королева нехотя склоняется над зайцем и отрывает от него кусок. - Понимаешь, я боюсь, что ты лишишься молока. Там уже выпал снег, - немногословно добавила ученица и глазами показала Мглуше, что та должна сделать ещё один, уже не такой скромный, «кусь».
Подлёдная обратила внимание на котят. Тёмные, полосатые, небольшие, копошащиеся у живота, мяучащие. Она робко улыбнулась - неужели они с Позёмкой когда-то так же выглядели со стороны? Какими же они были маленькими... и беззащитными. Сейчас рысь могла спокойно схватить их со спины и утащить ужинать ими в Лес, сейчас любой недруг полукровок мог надругаться над ними и их матерью, зло и остро подкалывая, желая убрать эти нарушения Воинского Закона из своей жизни. Неужели все её соплеменники не желали рождения Позёмки и Подлёдной?
«У нас есть Хвощевник. Шрамовник, который помогал мне искать Тёрна. Терновница всегда стоит за нас горой. Мама никому не даёт нас в обиду», - напомнила себе Подлёдная. На душ становилась легче с каждым именем; камень, не до конца зарытый в тот снежный сугроб, всё же начинал таять рядом с Мглушей. Королева ела её кролика, королева не болела и её котята были здоровы. Подлёдная неловко подвинулась поближе, вслушиваясь в их дыхание и крики, но всё было, на её взгляд, спокойно. Ученица могла быть такой же спокойной теперь.
- У вас красивые котята, Мглуша. Пусть Звёзды осветят их жизненный путь, - мурлыкнула светлая и легко кивнула королеве. Успокоенная и практически что счастливая, Подлёдная развернулась и выбралась обратно на поляну.
Она уже и забыла, что хотела спросить об успехах патруля.

---------------------- >>> главная поляна

Отредактировано Подлёдная (2017-12-28 22:27:05)

+2

31

главная поляна --->

Тростинка очень старалась не кричать, хотя ей было очень страшно и даже больно. Будущая мать впервые сталкивалась с подобным, и одним-единственным воспоминанием о том, как на свет появляются котята, были крики Мглуши, её стоны и писк малышей. Наверное, с этим должны справляться все кошки, но почему это должно быть так... ужасающе страшно?
Метаясь по пустой палатке, пятнистая беспокойно ерзала по старым суховатым подстилкам. Никто еще не думал, что для Тростинки пришло время, а потому заранее никто не подготовился, да и сама кошечка не подумала, что пора бы включить мозги и позаботиться о чем-то наперед: ведь она, дуреха, даже не успела предупредить Полевку.
И уж точно не думала говорить об этом Когтезвезду.
Кружа на более-менее пышном гнездышке, кошечка беспокойно устроилась, чувствуя, как изнутри начинает сжимать и распирать. Тихое испуганное подвывание молоденькой воительницы наверняка слышал весь лагерь, и она дико стыдилась этого, но ничего не могла поделать: так было страшно. И Ольхогрив - где Ольхогрив?
- Ольхогри-и-и-ив... - тихонечко заскулила пятнистая, почувствовав, как между задних лап все онемело от разрывающей боли - Тростинка боялась, что целитель не успеет, и она родит малыша сама, и ведь обязательно, обязательно что-нибудь напортачит!
- Ну пожалуйста! - взвыла пятнистая в самый пик боли, когда большой, крупный котенок появился на свет. Обернувшись на него, Тростинка онемела и задрожала всем телом: огромный, склизкий, мокрый - он шевелился все меньше, и отчего-то кошечка поняла, что нужно раскусить мешочек, помочь ему, вылизать и пригреть.
Крапчатая знала, что так или иначе будет любить своих детей.
И сейчас, пододвинув к себе первенца, вылизывая этот темный пищащий комочек, Тростинка замерла с занесенным языком и приоткрыла пасть от ужаса.
Полоски.

+9

32

---- границы

Он почуял знакомый запах и, даже не задумавшись, что делает Тростинка в детской, зашёл туда - чтобы остолбенеть, застыть...
Умереть.
Почему-то он ещё двигался, механически, дёргано, молча подгрёб к себе одного из котят, отвратительно полосатых котят, прокусив мешок, облизав мокрое тельце.
Что я делаю? Зачем? Я должен...они должны умереть. Они не имеют права жить. Они дети Когтезвёзда, я же должен их убить, как знак её предательства, это же так просто, я стисну зубы на шее у этой кошечки, или у того полосатого котика, он дёрнется - и затихнет. Как полёвка.
Как я.

Что тогда его остановило? Он и сам не знал. Я слишком трус. Слишком трус для убийства.
- Я могу позвать Ольхогрива. - Голос был чужим. Скрипучим. Монотонным. Такого у него никогда не было.
Внутри всё было переломано. Никакая рысь не смогла бы сделать со мной такое, но ты смогла, дорогая Тростинка. Я никогда тебе этого не прощу. Я никогда этого не забуду. Да, впрочем, зачем тебе моё прощение? Ты же счастлива, ты - подруга предводителя, такого сильного и отважного. Да за каким Звездоцапом тебе Полёвка? Как добыча?
Скажи мне только одно, Тростинка. Чем я заслужил эту боль? Я старался беречь тебя, быть рядом всё наше ученичество. Я заботился о твоих чувствах больше, Чем о чувствах всех остальных в этом лесу, вместе взятых. Я готов был умереть за тебя!
Так скажи мне, чем я заслужил то, что происходит? Чем я заслужил вылизывать твоих с Когтезвёздом детей, как последняя королева?

+10

33

Тростинка жмурилась и жевала мох, давила пальцами и когтями сухие подстилки, но все-таки, пожалуй, впервые в жизни превозмогала сама себя, давая жизнь чему-то большему и куда более существенному, чем ее невзрачное существование, так похожее на ее шкурку: нечто однотонное, простое и невзрачное, с редкими проблесками ярких пятен, одно из которых и повлекло за собой рождение... предки, уже третий?
Пятнистая кричала, но уже не звала целителя: если не пришел до сих пор - не явится и на рождение последнего малыша. И только загородившая свет в палатку фигура заставила воительницу в перерывах между схватками (судя по всему, на трех малышах она не остановится) поднять голову и с трудом сфокусировать взгляд на ее хранителе, её защитнике.
- Полевка... - не веря, одними губами прошептала Тростинка, слабо, но так счастливо улыбнувшись. Кот без лишних слов подошел и принялся вылизывать копию Когтезвезда, покуда она, замерев, поймала в его взгляде знакомую, дикую, кричащую вспышку боли.
Именно сейчас Тростинка поняла все.
Отведя уши назад, она медленно откинулась обратно на подстилку, осознавая оглушающую правду: так вот почему.
Почему он всегда был рядом.
Почему так заботился.
Почему так смотрит сейчас на нее и на полосатого малыша у него под лапами.
Как же мне сказать ему то, что хотела?
Предки, да заберите у меня все, только и Полевкину боль вместе с остальным.
- Не зови... - тихо прохрипела пятнистая, чувствуя, что сейчас окончательно себя возненавидит. Не поднимая головы, она поерзала на подстилке, придвинулась ближе к палевому коту и оказалась лежащей под его лапами, жалобно, жалко уткнувшейся носом в лапы друга.
Друга?
Но он мог, он обязан был расслышать между тихими всхлипами:
- Скажи, что они твои... скажи, скажи, Полевка, милый, скажи...
Иначе я пропала.
Последняя малышка - постойте-ка, или это пятнистый малыш? - появился на свет. Четверо здоровых, крепеньких котят жались к боку юной королевы, а она так и лежала под лапами у Полевки, который сейчас получил вполне заслуженный шанс на искупление.
Или месть.

Отредактировано Тростинка (2018-03-05 00:18:46)

+12

34

Его передёрнуло от отвращения к взлохмаченной, окровавленной, жалобно хнычущей кошке перед ним. Как ты смеешь, как ты смеешь после всего это хоть о чём-то меня просить? Как ты смеешь просить меня признать своими твоих ублюдков?
- Зачем тебе это? Это дети предводителя, быть его подругой - почётно. Или, - он ухмыльнулся, - или он ничего про них не знает и не хочет даже думать, чем заканчиваются подобные приключения?
Хотелось уничтожить её. Хотелось пойти на поляну и закричать: "Слушайте все, особенно ты, Настурция - наш Когтезвёзд сделал котят милой Тростинке и поджал хвост, струсив хуже Полёвки, в кои-то веки струсив!" Это была бы прекрасная месть, о да, но что-то в самой глубине мешало ему уничтожить кошку, которая была в его полной власти.
- Если тебе надо - можешь сказать, если спросят, что это мои дети. Но не жди, что я скажу это сам или буду возиться с вашим...потомством. Может, для тебя и будет это сюрпризом, но я не на поганом месте себя нашёл, чтобы молча проглотить всё, чем ты меня потчуешь. Не жди от меня трогательных утешений и счастливой семейственности. Я всё равно не знаю, что это такое. У меня не было толковой семьи, да мне она и не нужна.
Он чуть приблизился и выдохнул в перекошенную плаксивой гримасой мордочку кошки, которую он удушающе ненавидел - и всё же, в самой глубине души - любил:
- Ведь я - бездушный.

+13

35

===>> Из запоя Из леса, собирал травы. После разрыва

  Целитель ввинтился в покой детской всей своей пушистой тушкой. Он остро пах ивовой корой, которую всё утро отколупывал в лесу. Его заснеженный мех так и дышал холодом снежного леса. Из пасти его торчали сухие листья и цветы, которые он успел захватить, забежав к себе в палатку.
- Чем вы тут занимаетесь? - с ворчливым любопытством спросил Ольхогрив, с улыбкой поглядывая на молодых родителей. Глядя на кота и кошку, которые вместе в детской в момент рождения котят, было сложно предположить что-то другое. Да и только совсем дряхлые старейшины в племени могли не знать о том, как Полёвка относится к трёхцветной красотке. - На поляне сказали, что я успею разве что зайти поздравить, - целитель подошёл к котятам, критически их осматривая. Он несколько раз лизнул каждого, прислушиваясь к их дыханию и писку, и заулыбался в усы.
- Так что я вас поздравляю, ваши дети будут отличными воителями, - совершенно не обращая внимания на разговор, который он прервал, целитель улыбнулся Полёвке и Тростинке, и обратился дальше уже к королеве.
- Я принес тебе бурачник и немного ромашки, завтра принесу другую порцию. Не забывай их вылизывать как можно чаще, сейчас холодного, твоим снегопадничкам требуется много твоей заботы, чтобы вырасти крепкими и шустрыми, - за обилием слов Ольхогрив пытался скрыть своё смятение от того, что котята появились на свет без него. Он привык принимать участие во всех детях своего племени. Впрочем, с другой стороны, его радовало то, что помощь тут и не была нужна. Ведь в древние времена все кошки рожали в одиночку, и ничего, как-то их род не прервался. Он придвинул травы к Тростинке, и повернулся к молодому воину.
- Ты уже решил, как назовёшь их? - спросил серо-палевый кот его.

+9

36

[Начало Игры]

На самом деле, когда ты в утробе матери, ты все понимаешь и чувствуешь. Не с первого дня зачатия, но начиная со второй луны от начала беременности так точно. Безымянный котенок рос не по дням, а по часам. Он чувствовал свою маму – которую еще не знал, но уже всем своим яством любил. Он ощущал, что внутри не один – не понимая, кто еще с ним рядом, инстинктивно чувствовал соперничество. Малышу нравилось слушать голос Тростинки, особенно когда она обращалась к нему – конечно, котенок был уверен, что любит мама только его одного. Ведь он еще не успел познакомиться с сестрами, узнать, какие они хорошие. В будущем малыш будет любить и оберегать сестер. Будет предан своей семье. Своей матери, и... отцу.
Тело кошки решило, что пора. Котенок тоже почувствовал, что что-то будет. Он переживал за королеву, ощущал, как ей больно. Малыш не понимал, что сам в этом виноват. Котёнку хотелось только одного – чтоб мама не плакала. Чтоб у мамы не болел животик.
Видимо, желание прийти на помощь оказалось настолько сильным, что маленький пузырек первый выскочил на свет божий. Прочный и сильный, как сам малыш. Теперь ему нужна была помощь – и Тростинка пришла на выручку, разодрала мешочек и стала вылизывать. Котенок начал пищать – громко, сам удивляясь, что так умеет. А еще он чувствовал себя ужасно голодным! Такое странное чувство, как и дыхание… Но главное, мама больше не плачет. Значит, он помог, и это первое достижение!
Но потом его кто-то забрал у мамы, стал вылизывать и растирать. Котенок пищал в ответ, но он не чувствовал угрозы, и в лапах кота вел себя спокойно – просто кушать хотел. Но мама сейчас была занята – она помогала появиться на свет сестрам. Это было очень важно, малыш это как-то понял, и даже кричать перестал – просто тыкался слепой в лапы кота и искал источник пищи.
«Папа?»
А потом еще один голос. Малыш с любопытством повернул мордочку на звук. Этот кто-то лизнул его. Запах от кота был сильный и не приятный. Так хотелось назад к маме – но он все еще был в лапах Полёвки. Котенок опять захныкал – слишком сильно хотел есть.

+9

37

Начало игры.

До этого времени котёнок не отдавала себе отчета - где она, кто она, есть ли рядом еще кто-то, что это за далёкие голоса, раздающиеся где-то рядом в пространстве. Это был теплый, сладкий сон для малышки, так внезапно и грубо оборвавшийся.
Первым был холод. Он пронизывал каждую клеточку малышки, заставляя сделать первый вдох. И закричать. Котёнок еще не осознавала себя, не понимала, что сейчас был самый важный момент в её жизни - её рождение. Сейчас ей доступен был лишь язык ощущений.
Холод постепенно отступал, от сильных прикосновений чего-то теплого и шершавого. Эти прикосновения разгоняли кровь, заставляли почувствовать себя живым. Каждый вдох давался с трудом, а вдобавок в нос что-то попало, что малышка чихнула и вновь разразилась тоненьким плачем.
Следом пришло еще одно странное чувство. Оно рождалось где-то в животе, заставляя котёнка двигаться, шевелить маленькими лапками. Лапки мяли что-то мягкое и одновременно колючее, раз за разом исследуя новые участки этой странной, новой материи. Хотя для малышки всё было новым. Каждый звук нёс что-то новое, каждое прикосновение рассказывало что-то о мире, что окружал котёнка.
Чувство голода росло, заставляя малышку ползти вперед, пока она не наткнулась на что-то мягкое, теплое, нежное. Уткнувшись в это "нечто" носиком и, начав его мять, котёнок вдохнула запах, оказавшийся таким необыкновенно родным и знакомым.
"Ма-ма?.." - Мысли малышки были еще скомканными, смутными, похожими на тени, но эта мысль была яркой. Она сопровождалась ощущением тепла, уюта и спокойствия, согревая малышку и успокаивая её крики.
Хотелось уткнуться в этот теплый мех, и никогда не отходить от мамы.
Звучащий низкий голос вызывал у малышки почему-то только сложные, негативные ассоциации, еще не сформировавшиеся до конца.

Отредактировано Мальвочка (2018-03-05 23:08:35)

+9

38

рождение.

Она была четвёртой и последней. Тёплая утроба матери не долго останется в памяти черного комочка слипшейся шерсти. Ещё слепая, глухая и безвольная, она открыла рот и издала громкий требовательный мяв – один единственный, будто бы не желая перекрикивать чужие голоса. Конечно, в будущем всё пойдёт иначе, и возможность перекричать самого говорливого будет даваться без особых на то усилий.
Она была маленькой. Ощущая некрупными бочками два других тельца, она недовольно шмыгала носом, словно пыталась свыкнуться с нависающим чувством того, что что-то идет не так. Там, в теплом водянистом мире, было так хорошо, и ничьи шершавые «штуки» не трогали её, никто не мотал из стороны в сторону – мама была аккуратной, когда носила котят под сердцем.
Она – Блошинка, еще не пока получившая имени и не знающая, что её ждёт в будущем.
Прохладный ветерок, едва-едва уловимый, создавал какой-то диссонанс в голове котёнка. И та искренне не понимала, откуда может дуть и зачем, собственно говоря, её вытащили из тёплой среды, в которой она могла питаться и спать столько, сколько пожелает. 
Она подняла голову, попыталась продержать её на весу, но тут же опустила вниз – непривычно. Маленькие кости – точно хрящи – еще не сформировались окончательно, не превратились во что-то крепкое. И поэтому Блошинка подрагивала маленьким тельцем, пыталась хотя бы что-то осознать, но не могла. Ещё слишком рано.
Она издала очередной требовательный мяв, маленькой лапкой подтолкнула что-то мягкое, уткнулась в нечто тёплое и волосатое, да замерла. Наконец-таки, она нашла чувство, схожее с тем, которое маленькая черная, в будущем абсолютно несносная, Блошинка знала в течение всей своей не долгой жизни.

+7

39

Тростинка никогда - ни-ког-да - не видела в глазах Полевки столько злобы и льда. Он был зол, обижен, уязвлен, и пятнистая кошечка еще тысячу раз будет вымаливать у него прощение и хоть надежду на оттепель в глазах друга, но...
Но.
- Зачем тебе это? Это дети предводителя, быть его подругой - почётно. Или, - он ухмыльнулся, и Тростинка, вжавшись в подстилку, поежилась, будто он ударил её хлыстом, - или он ничего про них не знает и не хочет даже думать, чем заканчиваются подобные приключения?
Хотелось уничтожить её? Почти получилось. И если бы их разговор произошел до того, как сердце Тростинки заняли уже родившиеся комочки, пятнистая уж точно бы попыталась что-нибудь сделать с собой. Или с детьми.
- Ты вправе меня ос-суждать, но я не знала, Полевка, я ничегошеньки не... - лепетала она, жмурясь от нового потока слов - да что там, убийственных кольев - её друга.
- Если тебе надо - можешь сказать, если спросят, что это мои дети.
Вскинув зеленые, как море травы, глаза на Полевку, кошечка задохнулась.
Какое у тебя большое сердце.
- Полевка! - ахнула она, скуля и раболепно прижимаясь щекой к его лапе, которую он одернул. Он спас её. Ненавидя, желая уничтожить - спас.
- Но не жди, что я скажу это сам или буду возиться с вашим...потомством. Может, для тебя и будет это сюрпризом, но я не на поганом месте себя нашёл, чтобы молча проглотить всё, чем ты меня потчуешь. Не жди от меня трогательных утешений и счастливой семейственности. Я всё равно не знаю, что это такое. У меня не было толковой семьи, да мне она и не нужна.
Морда кота приблизилась к её, искаженной, но с явным выражением облегчения: она сможет врать, что это дети Полевки. И весь поток, что вылил на неё палевый соплеменник, Тростинка приняла и заслужила - при этом слабо, трепетно обнимая хвостом новорожденных.
- Спасибо, - в тысячный раз повторила она.
- Ведь я - бездушный.
- Ты лучший, - впервые смело взглянув ему в глаза, увереннее мяукнула пятнистая кошечка. Опустив глаза, она слабо помотала головой, отворачиваясь к малышам.
- Я этого не видела, моя ошибка, - вглядываясь в полосатого мальчишку, зеленоглазка прищурила глаза, скосив взгляд на Полевку: - но ты сам знаешь, что сердцу не прикажешь.
И ровно под окончание этой фразы в палатке появился Ольхогрив, удивленный и даже удрученный, что новоиспеченная королева справилась сама. Чуть вскинув подбородок - почти гордо - пятнистая осмелела и чуть улыбнулась целителю.
Она теперь мать. Мать самых сильных, самых красивых малышей, отцом которых стал могущественный, хоть и опасный кот.
А еще она может врать.
- Так что я вас поздравляю, ваши дети будут отличными воителями, - поздравил их Ольхогрив, и кошечка держурно, но все-таки торжествующе улыбнулась целителю. Каким бы ни были эти котята запретным плодом, они совершенны.
- Я принес тебе бурачник и немного ромашки, завтра принесу другую порцию. Не забывай их вылизывать как можно чаще, сейчас холодного, твоим снегопадничкам требуется много твоей заботы, чтобы вырасти крепкими и шустрыми, - проинструктировал её целитель, и послушная Тростинка слизала травы, прожевывая и неотрывно глядя на малышей. В голове крутились множество мыслей, одна другой краше, и все было бы совершенно чудесно, если бы не предательский полосатый мальчишка.
- Ты уже решил, как назовёшь их?
- Да, мы уже все продумали! - быстро оттараторила трехцветка, бросив украдкой взгляд на Полевку. За луны беременности она продумывала много имен, но до конца они сформировались лишь в момент, когда молодая королева увидела своих первенцев.
- Вот этот мальчик - Ежик, - лизнув топорщащуюся макушку, словно у маленького колючего зверька, кошка заурчала дальше:
- А эту я... мы назовем Мальвочка, - посчитав, что это самое красивое из имен, что она знает, Тростинка с гордостью посмотрела на дочь, свою копию. И симпатичного палевого малыша.
- Это тоже мальчик... - растроганно мяукнула Тростинка, бегло взглянув на Полевку. Палевый.
- Будет Мятлик, - рассеянно добавила трехцветка, пододвигая хвостом черную подвижную малышку.
- А ты Блошинка. Такая уже попрыгунья, - с тихим смехом заурчала новоиспеченная мать, принявшись исступленно вылизывать котят.
Все наладится.
Все будет хорошо.
Просто ври.

Отредактировано Тростинка (2018-03-14 18:39:31)

+11

40

Начало игры.

   Три вещи.

   Температура. Очень холодно. Раньше было теплее. Новорожденный уткнулся в мокрую шерстку Мальвочки, которая куда-то поползла и съежился в малюсенький комочек. Рыжую спинку обдало воздухом, и хотя в детской не было ветра, мурашки табуном забегали по коже. Все вокруг во мгновение стало таким быстрым, суетливым. Движения, вздохи, тонкий голос матери, исполненный больше чувствами, чем смыслом. Внутри ее безопасного брюшка Мятлику нравилось больше. Реалии этого мира никак не трогали четырех невинных котят, но теперь они родились, и их жизнь обещает быть ой какой непростой.
   Звук. Стало явно громче. Такое же ощущение, как когда находишься в глубокой дрёме, но вдруг кто-то начинает рушить твой сладкий сон чужими разговорами. Котёнок прикрыл лапками уши, но звуки не стали такими же тихими, как раньше. Разговоры старших, писк братьев и сестер, все вместе формировали огромную какофонию. Котёнку казалось, что  нечто громадное неумолимо приближается, потому что с каждой секундой он подмечал всё больше и больше звуков. Стрекот сверчков, пение птиц, скрип сухих небесных великанов над головами: всего этого становилось больше. Приближался целый мир, необъятный и неизведанный. Еще, Мятлику не хватало воздуха. Он немного паниковал, чувствуя, как насторожён и напряжён. Приглушенное, тихое "Кха!" вырвалось из горла новорожденного вместо писка на высоких нотах. Он был единственным, кто почти не издал ни звука, лишь сильнее прижавшись к трехцветной кошке.
   Любовь. И хотя в разговоре между Тростинкой и Полёвкой пахло немного другой, жестокой, изощрённой любовью, слепой рыжик чувствовал её повсюду. Большая мама, её сдавленное дыхание и запах заполняли все пространство, приглушая все остальное, будто стараясь уберечь детей от мира ещё настолько, насколько получится. Чувствовался её шершавый язык на макушке. Нежные, ласковые имена котят, которые им отныне носить как её дар — конечно, не такой большой, как жизнь.
   Три важные вещи, которые Мятлику удалось почувствовать. Он родился.

+6


Вы здесь » cw. дорога домой » племя теней » детская